Один за другим они справились с заданием, эхо их восторга доносилось до Ровены и Джеффа, пока не исчезло вдали.

– Почему ты такой возбужденный, озабоченный и злой? – спросила Ровена.

Она не переносила, когда он сердился.

– Денеб – банкрот! – взорвался он, и его глаза потемнели от гнева. – Как мы сможем расплатиться за все это? Отдать детей на службу ФТиТ, в то время как мы сами нуждаемся в каждом человеке, чтобы восстановить разрушенное!

– За все заплачено, – возразила она, защищаясь, но недостаточно быстро для такого человека, как Джефф Рейвен, способного моментально разглядеть любую уловку. – «Почему бы и нет? Я никогда не тратила больше половины денег, что получаю по контракту. Я сделала всего несколько заказов…» «Денеб не твоя планета, не твоя забота…» «Не будь таким чертовым собственником! Это моя забота, если я отношусь к ней как к своей. Я слишком уважаю народ этой планеты. Я преклоняюсь перед твоей семьей…» «Ключ ко всему – «семья», правда?» – Тон Джеффа внезапно изменился, глаза прищурились. Он обнял девушку за плечи и, прежде чем она догадалась о его намерении, проник в самые глубокие тайники её сознания. Ровена закричала – настолько сильным было его вторжение: он прошёл через блокировку, которую до этого никто не мог сломать.

Трясущимися руками она судорожно вцепилась в Джеффа, ведь он сумел пробудить память о том ужасном времени. А он медленно, с бесконечной нежностью «вышел» из её разума, унося с собой страхи трехлетней девочки, которая погружалась во тьму в переворачивающемся, вертящемся из стороны в сторону вертолёте.

Они долго стояли обнявшись, пока сверкающий закат не окрасил небо и они не осознали, как много времени собирались с силами. Слезы Ровены высохли на щеках, она больше не вздрагивала.

– Меня звали Ангарад Гвин. Мой отец был начальником шахты, а мама – учительницей. У меня был брат по имени Ян… – Она удивленно подняла глаза.

– Тогда у нас есть что-то общее. – Он спрятал её голову у себя на груди. – Это было тяжкое путешествие для маленькой одинокой девочки. – Он плотнее прижал её к себе, как только почувствовал, что плечи её снова начали вздрагивать. – Ты же знаешь, я никогда не думал, что только Сиглен виновата в твоей боязни черного космоса. После такого-то испытания!

– Наверное, ты прав, – медленно проговорила Ровена, слишком хорошо помня свой ужас перед люком в челнок, когда её хотели отправить на Землю для обучения. Она была так напугана, что даже потеряла Пурзу, когда телепортировала себя в единственное известное ей безопасное место. – Я не могу думать ни о чем, кроме тебя. – Она передернула плечами, вспоминая свои первые впечатления по его поводу.

– Я чуть было все не напортил, правда? – сказал он задумчиво, уловив свой образ в её сознании. – Возможно, это к лучшему, что больные не видят себя глазами других.

Она крепко обняла его.

– И всё-таки, если ты не против, можно мне хоть как-то помочь дорогой для меня планете, месту, где ты родился?

Джефф вопросительно взглянул на неё, приподняв бровь.

– Ты и в самом деле желаешь добра. Макид и Совет собираются дать тебе почетное гражданство за то, что ты восстановила все это хозяйство, а я даю тебе свободу действий. Но как ты думаешь, теперь, когда Башня работает, сколько ещё Рейдингер позволит тебе отсутствовать на Каллисто?

Ровена блаженно улыбнулась.

– Ну, пока будет верить, что ты все ещё нуждаешься в уходе.