– Он пользуется популярностью?

– Не слишком. Его предвыборная кампания финансируется не очень щедро, но он честен, и у него приятные манеры. Победить его будет непросто. Битву предстоит вести по всему округу.

– Как по-вашему, лейбористы не пройдут на выборах?

Перед всеобщими выборами 1945 года мы скептически относились к такой возможности.

– Разумеется, лейбористы не пройдут, – заверил нас Карслейк. – Графство единодушно поддерживает Черчилля. Однако прежнего большинства в округе нам уже не набрать. Конечно, многое зависит от того, сколько человек проголосуют за лейбористов. Между нами говоря, мистер Норрис, не удивлюсь, если окажется, что число их сторонников значительно возросло.

Я искоса посмотрел на Терезу. Она старалась сохранять на лице выражение полнейшего сочувствия проблемам политической борьбы.

– Уверен, – Карслейк сердечно улыбнулся ей, – вы окажете нам посильную помощь.

– Боюсь, я не слишком хорошо разбираюсь в политике, – пробормотала Тереза.

– Что ж, всем нам придется как следует потрудиться! – добродушно заметил Карслейк и задумчиво посмотрел на меня, словно прикидывая, на что я могу быть способен. Я немедленно вызвался надписывать конверты.

– Руки у меня пока подвижны, – объяснил я.

Он тут же смутился и снова принялся качаться на пятках.

– Отлично, отлично! – сказал он. – Где вас? В Северной Африке?

Я ответил, что получил увечье на Харроу-роуд. Мой ответ его доконал. Он просто не знал, куда деваться от смущения.

Хватаясь за соломинку, Карслейк повернулся к Терезе.

– А ваш муж будет нам помогать? – спросил он.

Тереза покачала головой.

– Боюсь, – заявила она, – что он коммунист.

Если бы она сказала, что Роберт – ядовитая змея, она бы меньше огорчила Карслейка. Он просто вздрогнул.

– Видите ли, – объяснила Тереза, – он художник.

При этих словах лицо Карслейка слегка просветлело.

– А-а, понятно! Художники, писатели, все они такие… – протянул он, демонстрируя свою терпимость. – Да, теперь мне все ясно.

– Хотя бы Роберта удалось отстоять, – сказала мне Тереза после ухода капитана Карслейка.

Я обвинил ее в том, что она неразборчива в средствах.

Когда пришел Роберт, Тереза проинформировала его о его политических убеждениях. Он запротестовал:

– Я ведь никогда не был членом Коммунистической партии! То есть я хочу сказать, мне просто по душе их воззрения. По-моему, в целом их идеология верна.

– Вот именно, – кивнула Тереза. – Именно так я и сказала Карслейку. Время от времени будем оставлять на ручке твоего кресла раскрытый томик Карла Маркса – и все. Ты спасен, тебя не будут просить ничего делать.

Роберт засмеялся:

– Все это очень хорошо, Тереза, но что, если ко мне начнут приставать представители другой партии?

Тереза заверила его, что не будут.

– Насколько мне известно, – заявила она, – лейбористы боятся коммунистов еще сильнее, чем тори.

– Интересно, – спросил я, – кто наш кандидат?

Дело в том, что Карслейк не слишком распространялся по этому поводу. Тереза спросила его, собирается ли сэр Джеймс снова выставлять свою кандидатуру на выборах. Карслейк покачал головой:

– Нет, не собирается.