Черный Джек нахмурился:

– Дерева?

– Да, типом дерева, в котором дозревает бренди.

В ответ Джек только хмыкнул.

– Коньяк, естественно, лучше всего дозревает в бочках из лимузинского дуба. Однако подлинный знаток коньяку предпочтет арманьяк. Хотя лично мне кажется, что раньше бренди был крепче.

Джек поднял голову и грубым тоном заявил:

– Вы мне всегда чертовски не нравились, Полонски.

Умный, хотя и немного циничный взгляд усталых глаз был устремлен прямо на Джека.

– Вы тоже всегда чертовски мне не нравились, Уик. Но как это ни странно, у нас с вами много общего.

Черный Джек выпил очередную рюмку и потребовал:

– Объяснитесь, сударь.

Граф уселся поудобнее и только потом заговорил:

– Начать с того, что мы оба изгнаны из родной страны.

– Это так.

– Мы оба обладаем бессмысленными титулами, единственная польза от которых в том, что нам легче получить кредит у портного или, время от времени, приглашение в какой-нибудь дом на ленч.

– И это тоже правда.

– Кстати, могу посоветовать вам своего портного. Запишите имя и адрес. Скажете, что это я вас направил.

Джек искренне рассмеялся:

– Европейским костюмам я предпочитаю местные одежды. Думаю, это заметно.

Андре Полонски ответил с чопорной любезностью, которая прекрасно выразила его осуждение:

– Да, весьма заметно.

Джонатан Уик вдруг почувствовал немалый интерес к своему неожиданному собутыльнику.

– А что еще, по-вашему, между нами общего?

– Мы ценим красивых женщин.

– А какой мужчина их не ценит?

– Полагаю, нам обоим известен ответ на этот вопрос, – сказал его собеседник с многозначительной циничной улыбкой.

– Господи! Полонски!

Тот беззаботно добавил:

– Мы не только ценим красивых женщин, но и умеем ими насладиться.

– Иногда, – согласился Джек.

– Иногда. – Взгляд светло-серых глаз графа был удивительно проницательным. – Кажется, вы чем-то расстроены?

– Верно.

– Возможно, даже обеспокоены?

– Возможно.

Полонски улыбнулся, сверкнув идеально ровными белыми зубами. В его улыбке было нечто неприятное.

– А не пора ли мне освободить вас от прелестной леди Элизабет?

– Только если вам совсем не дорога ваша жизнь, – угрожающе бросил Джек.

Граф помолчал, а потом осторожно заметил:

– Я не знал, что она – ваша личная собственность.

– Вот теперь знаете.

– А сама леди об этом осведомлена?

– Будет.

– Понятно, – произнес граф довольно спокойно. – А если я решу игнорировать ваши права на нее?

Джек подался вперед и с заметной угрозой в голосе ответил:

– Я бы на вашем месте не стал этого делать.

– Но конечно, вы не на моем месте. Об этом и речь, – произнес Полонски с ироничной улыбкой.

В голубых глазах полыхнуло пламя.

– Вы прекрасно знаете, что я имел в виду. Не приближайтесь к Элизабет.

– А если я все-таки приближусь к этой леди, что тогда? Кулачный бой? Пистолеты? Шпаги? Или вы просто изобьете меня до полусмерти?

Хищная ухмылка Джека послужила графу ответом, но другого и не потребовалось.