-- Я просто не хотел сегодня ночью сидеть в одиночестве. Лучше завтра. До завтра я успею обдумать способы самозащиты.

 -- Кто-то снова ломился в окна или двери?

 -- Не ломился, скорее царапался, - Винсент сдавил бокал так, что хрусталь чуть не треснул. - Она умоляла меня впустить ее.

 -- Кто именно? - Роза появилась внезапно. Она уже приспособилась к тишине все время царившей в пустом замке и сама научилась двигаться бесшумно.

 -- Ваше высочество! - Винсент поспешно вскочил на ноги и раскланялся настолько изящно, насколько мог. Я и не подозревал, что он с кем-то может быть так учтив.

 -- А вы тоже были на поле боя?

 -- Простите, - не понял Винсент.

 -- Откуда у вас эти шрамы? - Роза коснулась собственного горла, словно чтобы уточнить, что она имеет в виду.

 -- А эти, - впервые Винсент покраснел. - Не успел вовремя увернуться. Теперь проклинаю себя за собственную неловкость, моя госпожа.

 Он опустил лицо, но щеки у него все еще горели. Я не рассчитывал, что даже одно из моих чудес способно вернуть румянец на его щеки. До сих пор мне казалось, что Винсент окаменел. В нем больше нет ни слез, ни восприимчивости к загару, ни краски смущения. Оказалось, что я ошибался. На самом деле он не только выглядел как школьник, но и чувствовал себя точно так же в тех редких случаях, когда над ним не нависала опасность и не на кого было ощетиниться всеми ежовыми иголками.

 -- Я мог бы вылечить его, но он сам отказался от моих услуг, - как ни смешно, а я сказал это, желая проявить себя благородным.

 -- Ты целитель? - удивленно переспросила Роза, и я тут же понял, что допустил промах.

 -- Я изучал много наук, - не очень уверенно стал объяснять я. - Не знаю можно ли назвать медициной тот способ исцеление, который применяю я, но действует он безотказно.

 -- К сожалению, многие настолько щепетильны, что не в силах уплатить назначенную цену за такое исцеление, - очень некстати решил поддержать беседу Винсент.

 -- И какова же цена? - голос Розы звучал в проклятом замке, как эхо церковных колоколов и точно так же, как когда-то они резал мне слух.

 -- Цена не для всех приемлема. Точнее для многих она слишком высокая.

 -- Какая же? Назови ее!

 -- Душа исцеляемого, - помявшись немного, ответил Винсент, заранее отводя глаза, чтобы не встретиться со мной взглядом. Сейчас он выглядел точь-в-точь, как нашкодивший ученик и уже боялся наказания.

 -- Винсент просто шутит, - прокомментировал я. - Он считает, что будучи обладателем незаурядного черного юмора, он может стать незаменим в любом обществе.

 На этот раз Винсент, действительно, засмущался, но ответить дерзостью не посмел.

 -- Я счастлив, что оказался в вашем обществе, примадонна, - Винсент наклонился, чтобы поцеловать бледную узкую ладонь Розы, но она чересчур поспешно спрятала руку за спиной.

 Опять промах, констатировал я про себя. Винсент назвал ее примадонной, пытаясь этим сказать, что уже однажды видел ее в театре, но Роза-то про театр не помнила. Естественно такое вульгарное обращение к королевской особе, к тому же из уст до сих пор вежливого молодого человека показалось ей довольно подозрительным. Она с надеждой посмотрела на меня, будто спрашивая "зачем ты пригласил этого сумасшедшего, разве мало нам общества бесплотных голосов в библиотеке?"

 Я мог только виновато улыбнуться и объяснить, что Винсент слишком устал с дороги и теперь хочет отдохнуть, против чего сам "уставший" начал яро возражать. Он вертелся рядом с Розой, как черный, проворный и озорной злой дух. Она прятала обе руки за спиной, наверное боялась, что если этот странный, тощий, бледный незнакомец коснется губами ее кожи, то она умрет.