22 июня 1483 года монарх Ральф Шаапф читал проповедь жителям Лондона, читал цитату из Библии: «незаконнорожденные да не пустят корни», имея в виду, видимо, что незаконнорожденные не могут стать основателями рода.

Через четыре дня в замке Бейнард Англия предложила свою корону Ричарду, герцогу Глостеру.

ГЛАВА 32

Лондон. Англия. 1483 год.

Сердце Изабеллы одновременно переполняла радость и боль. Ее любимый Ричард должен был провести коронацию и стать королем, и тут же о нем поползли грязные сплетни, что он был горбуном, ужасным чудовищем, так как объявил своих королевских племянников незаконнорожденными, заключив в тюрьму в Тауэре принца, и незаконно захватил трон молодого Неда. Сплетники продолжали злословить и заявляли, что король Эдуард IV сам был незаконнорожденным: он родился в результате любовного романа его матери и лучника из Ровена. Но ни одна из этих злобных сплетен не соответствовала истине. Сердцем Изабелла чувствовала ложь. Ричард сам сделал только то, что считал правильным, а значит, действовал в интересах Англии. Но все же злобная клевета причиняла боль.

– Ты готова, дорогая? – поинтересовался Воррик, поправляя свой меч.

– Да.

Тогда нам лучше идти, скоро состоится процессия.

Сегодня, 6 июля 1483 года состоится коронация Ричарда. Изабелла должна быть одним из сопровождавших лиц Анны на церемонии. Что Воррик думал обо всем случившемся и о том, что его жена в хороших отношениях с королем и королевой, девушка не знала. Ричард был любезен с Ворриком, когда им доводилось встречаться. Однако, после случая с лордом Дорсетом Гастингсом все бывшие фавориты Эдуарда были на подозрении. Только исключительно ради Изабеллы Воррику было сохранено место при дворе.

Они вышли из дворца и случайно, проходя мимо башни Гаррден, увидели двух принцев, играющих на лужайке. При этом Изабелла прикусила губу.

– Молодой Нед выглядит несчастным, правда, Воррик? – спросила она.

– Да, но при данных обстоятельствах его можно понять. Он всегда был нетерпеливым и хнычущим мальчиком. Граф Риверс испортил его, выполняя все малейшие прихоти и капризы. Бесспорно, что такое резкое изменение в его жизни является для него тяжелым ударом.

– Но, кажется, это не повлияло на Дикона, – заметила Изабелла, глядя на двух братьев.

– Да, но ведь Дикон никогда не думал, что станет королем. Интересно, скоро ли Глостер прикажет их убить?

– Воррик! ВОРРИК! – в ужасе вскрикнула Изабелла. – Не говори мне, пожалуйста, что ты веришь в эти ужасные сплетни. Ричард любил Эдуарда и, значит, так же любит его детей. Он никогда не станет убивать двух невинных подростков, к тому же, своих племянников.

– Глостер не может себе этого позволить, Белла, – заметил Воррик. – По крайней мере, сейчас. Пока живы эти два мальчика, они представляют угрозу для Глостера.

– Тогда Ричард будет жить с этой угрозой, – уверенно сказала Изабелла. – Анна сказала мне, что он собирается отвезти их на север, в свой замок Шерифф Хаттон в Йоркшире.

– Очень глупо с его стороны делать такое заявление, – сказал Воррик. – А я думаю, что Глостер не глуп.

– Вы забываетесь, милорд! – сказала Изабелла более резко, чем ей хотелось бы. – Ричард больше не Глостер, а король Англии, и мы – его подданные. Вы не должны сомневаться в слове чести, проявляя лояльность к обязательствам Ричарда по отношению к Эдуарду и его детям. Ричард прекрасно знает, что Англия не одобряет убийство племянников. Это бы прозвучало как похоронный звон по его короне, если бы он только задумал подобное преступление. Не говори мне об этом, Воррик.