Счастливая оттого, что стала их подругой, Роуз быстро привыкла к студенческим вечеринкам, к шумной, вечно галдящей компании сверстников. Сначала она завидовала способности светловолосой Корнелии всегда выглядеть элегантно и недюжинному уму Фабии, который та скрывала за ветреной болтовней, но потом быстро освоилась и к концу первого семестра успела побывать на всех вечеринках, включая и рождественский бал. Вместе со сверстницами она готова была до хрипоты спорить о том, как сделать этот мир лучше.

Несмотря на бурную студенческую жизнь, Роуз твердо решила получить приличный диплом и училась усердно. Параллельно она постигала науку, как растянуть полпинты легкого пива на целый вечер, поддержать ни к чему не обязывающую беседу и отшить не в меру навязчивого кавалера, не понимающего намеков.

– Такая наука называется здравым смыслом, – объяснила ей многоопытная Кон.

Поскольку Роуз никто не нравился всерьез, она обращала внимание только на недоступных, а следовательно, безопасных молодых людей.

– Идиоты, – раздраженно говорила Роуз, вернувшись в колледж после рождественских каникул. – Мне не нравится никто из них.

– В конце концов ты сдашься, – предупредила Фабия, старательно покрывая ногти разноцветным лаком. – Мать-природа позовет. Кто-нибудь бросит взгляд из толпы, и, бац, ты влюбилась.

– Только не я! – замотала головой Роуз.

– Она права. – Кон подняла голову от книги. – Большинство парней просто хотят навешать тебе лапши на уши и весело провести вечерок, если повезет. – Она выдержала эффектную паузу. – Заставить одного из них влюбиться в тебя так, чтобы – он готов был стать твоим рабом, – вот в чем вся штука.

– Кон, невозможно заставить парня влюбиться в себя, – насмешливо заметила Роуз.

– Да откуда ты знаешь? Ты что, пробовала?

– Нет, но...

– Тогда молчи и слушай. – (Роуз не понравилась ее улыбка.) – Садитесь-ка, детки, на колени к мамочке и внимайте. Я будущий нейробиолог и верю только в науку. Я тут, пока ждала своей очереди в парикмахерской, прочитала про некую достойную игру. Никакой черной магии, – улыбаясь, добавила Кон. – Глаз ужа или крысиные хвостики не понадобятся. Роуз, не бойся! Ну что, играем?

Фабия закивала с проворной готовностью. Роуз, чтобы не показаться трусихой, тоже несмело кивнула.

– Молодец, – одобрила Кон. – Не волнуйся, игра будет веселой.

Сначала каждой из них надо было написать четыре разных мужских имени на отдельных бумажках, а потом опустить их в шляпу.

– Теперь мы их перемешаем, и каждая вытянет по одной; если у кого-то «жертвы» совпадут, перетя нем, – объяснила Кон.

Все три девушки одновременно запустили руки в шляпу, но Кон остановила их.

– Леди, давайте по очереди. Ты первая, Фабия.

– Уилл Хагривз, – объявила Фабия с довольной улыбкой. – Я не мухлевала, честно, просто Фортуна улыбнулась.

Кон простонала, когда прочитала свой жребий.

– Джо Кидд.

– Но он охотится за тобой с первой недели в колледже, – возразила Роуз. – Никаких усилий не понадобится... – Она замерла и густо покраснела.

– Да кто там у тебя? – нетерпеливо спросила Кон, забирая у нее бумажку. – Боже милостивый, Джеймс Синклер! – Она вопросительно посмотрела на Фабию. Та пожала плечами.

– А что, собственно, такого? Ты сказала, любые имена.

– Мы все сделали правильно, – согласилась Роуз, с вызывом глядя на подруг. – Улыбка Фортуны, как ты и сказала, Фабия.