Ни пещера, всегда помогавшая провидцу в его трудном деле, ни чудодейственные коврики из редких трав на этот раз никак не способствовали поиску той единственной линии грядущего, по которой пойдет Дмилыч. Для усиления эффекта Рулс даже разложил вокруг себя и поджег несколько пучков чадящей травы, однако добился лишь новых ответвлений, усложнивших и без того нелегкую работу.

«И как разбираться в этом калейдоскопе? На какие рычаги нажимать, чтобы хоть что-то улучшить?» — недовольный собой, мысленно бурчал провидец.

Повлиять на будущее, точнее — на его наиболее вероятный прогноз, он мог, лишь выделив самый яркий из нескольких возможных. Обычно — из трех-четырех. Но когда вариантов сотни, и все практически с одинаковыми шансами на реализацию…

Рулс наугад попробовал несколько самых простых версий вмешательства, надеясь, что ситуация хоть как-то изменится. Да, будущее становилось другим, но еще более мрачным. При этом количество вариаций не уменьшалось.

«Составлять прогнозы на Дмилыча всегда было сложно, но такое вижу впервые. Интересно, во всем этом ворохе есть хотя бы один вариант, при котором парень не пропадет?»

Рулс физически не мог проработать все видения, но в тех двух десятках, на которые хватило сил, все заканчивалось плохо — глава клана неизменно погибал. Причем, самого факта его смерти провидец так и не разглядел.

«Будь на его месте кто другой, даже не сомневался бы, что десятник не выживет, но наверняка хотя бы в одном из множества линий его будущего все-таки существует единственная, которая не обрывается. Именно ее Дмилыч и выберет», — размышлял обессиленный провидец, стараясь сам себя подбодрить.

Еще будучи ведуном, Рулс как-то предрекал смерть этому молодому человеку, и тот действительно некоторое время считался погибшим для системы. Правда, тогда вариаций было в десятки раз меньше.

— Давно я себя так не изнурял, — произнес вслух провидец.

Он пришел в пещеру вечером, чтобы еще до рассвета настроиться на видение будущего. Однако все его утренние попытки не увенчались успехом.

— Единственное, что не вызывает сомнения: лучшая помощь Дмилычу — не мешать. Все должно решиться только его собственными стараниями. Скорее всего, ближе к полудню.

Понимая, что ни на что более не способен, Рулс расстелил на полу еще два коврика и прилег, устремив взгляд в каменный свод пещеры.

— Пусть тебе очень сильно повезет, парень! — произнес он прежде, чем закрыть глаза.

И сразу увидел белоствольный лес, по которому вышагивал человек среднего роста. Висевшая на ремне лопатка подсказала провидцу, что пешехода зовут Дмилычем. А еще Рулс понял, что видение касается не будущего, а происходящего именно сейчас.

* * *

Ларика сумела довольно ярко описать свой сон, а потому я сразу узнал и похожее на иву раскидистое дерево, и густой кустарник слева от него. В видении рыжей супруги именно из-за этих зарослей должен был появиться монстр.

Подключив сенсор, я разглядел красное пятнышко в указанном месте. Не желая следовать видениям Ларики, выстрелил из крупного калибра. Руку дернуло мощной отдачей. Раздался недовольный рык, за ним — треск ломающихся веток, и пятно стремительно начало приближаться.

Выпустил в него еще четыре крупнокалиберные пули, которыми, наверное, слона остановить можно. А этот «зверь невиданный» лишь слегка притормозил, да потерял часть невидимости. Теперь можно было рассмотреть его морду. Сразу вспомнился Чеширский кот из «Алисы в Стране чудес», у которого сначала проявлялась улыбка.