Примерно этого Кейт и ждал.

– Ищите и остатки дымовых шашек, – приказал он. – И проверьте запорные вентили бойлера в котельной.

Полицейский возразил:

– Бойлер взорвался из‑за разрыва магистрали подачи холодной воды. И почему‑то не сработала автоматика.

– Это я и хочу знать: почему, – оборвал Кейт.

Диверсия – вот что это было. Диверсия.

В этом генерал‑лейтенант Кейт был уже совершенно уверен. Оставалось выяснить, как диверсанты проникли на территорию базы, охраняемой, как секретный военный объект: с круглосуточным караулом на вахте, с видеокамерами и тревожной сигнализацией по периметру забора. Как исчезли, было ясно: в панике, возникшей во время пожара. А как проникли, было пока неясно.

И оставалось выяснить главное: что было целью диверсии. Убрать Янсена? Для этого не нужны такие сложности. Документы, которые хранились в его сейфе, а потом были унесены таинственным доктором Гамбергом в сером атташе‑кейсе? Да, это могло быть целью. Скорее всего, это и было целью. Но это не объясняло, каким образом Янсен оказался в подвале котельной.

Кто такой этот доктор Гамберг? Какие отношения связывали его с Янсеном? Что это за телефонный звонок внука национального героя Эстонии Томаса Ребане, после которого Янсен немедленно выехал в гостиницу «Вира» и вернулся оттуда с доктором Гамбергом?

Томас Ребане, отметил про себя Кейт. Все крутится вокруг этого фанфарона. Вот он и будет тем, кого следует сегодня же допросить.

А сейчас на очереди был начальник службы безопасности национал‑патриотов. Он был из той же породы, что и Янсен. Гэбистское нутро перло из него, как из матерого уголовника прет тюрьма. Он записал ночной разговор Кейта, Янсена и Вайно в гостиной с камином. Наверняка он сделал это по приказу Янсена, но это не извиняло его в глазах Кейта. Он и теперь предложил гостиную, чтобы воспользоваться прослушкой. Но главное было в другом. Он первым сунулся в котельную.

С этого Кейт и начал допрос:

– Что за помещение было в подвале котельной?

– Нечто вроде губы. Вы же понимаете, генерал, губа необходима, когда у тебя служат два десятка половозрелых охранников, и ни один из них не записан в общество трезвости.

– Откуда вы знали, что там Янсен?

– Этого я не знал. Это было для меня полной неожиданностью.

– Вы приказали отпереть подвал. Вы вызвали пожарных с фонарями и приказал светить. Это означает, что вы знали, что в подвале кто‑то был. Кто там был?

– Генерал, вы разговариваете со мной как с преступником.

– Постарайтесь меня в этом разубедить. Для этого у вас есть только один способ: откровенно отвечать на все мои вопросы.

– А то что? – нагло спросил гэбист.

– Я прикажу вас арестовать.

– Да ну? За что?

– Объясняю, – с огромным трудом сдержавшись, ответил Кейт. – Вы прослушивали и записывали все разговоры господина Янсена и конфиденциальные совещания. Эти записи вы продавали заинтересованным лицам. И я вам скажу, кого интересовали дела Национально‑патриотического союза. Они интересовали российскую агентуру ФСБ.

– Генерал…

– Молчать! Господин Янсен заподозрил, что вы ведете двойную игру. Вы знаете, как поступают национал‑патриоты с предателями. Поэтому вы организовали убийство Янсена. Каким образом – это и будут выяснять следователи генпрокуратуры.

Эту нелепую версию Кейт выдвинул от бешенства, наугад, но взглянул на побледневшее лицо начальника службы безопасности и понял, что он, может быть, не очень далек от истины.

– Господин генерал, это немыслимо! Я не понимаю, как вам это могло прийти в голову!

– Хватит болтать! Кто был в подвале?

– Я скажу, – заторопился гэбист.