– Смотри, Геракл!

Вроде бы наконец один из зевак осмелился приблизиться. Это был мужчина, стоявший в другой лодке, хотя я не могу точно сказать, откуда взялись и он, и его лодка. Он словно бы появился из ниоткуда в мгновение ока, возникнув в каких-то тридцати ярдах от нас, гораздо ближе, чем стояли к нам остальные. Высокий, одинокий, он вел свою маленькую узкую лодку к нам, отталкиваясь шестом.

Я думал, что он причалит прямо перед нами, но он остановился, не приближаясь к берегу, а мы стояли на берегу. Он совершенно без усилий держался прямо, а лодочка его ни разу не покачнулась. Одной рукой он держал шест, погруженный концом в илистое дно болота.

Совершенно не глядя на Энкида, высокий незнакомец впился в меня взглядом серых глаз. Свет опускающегося солнца проник под край его широкополой шляпы, и мне показалось, что у него надо лбом виднеются маленькие крылышки. Но все равно что-то мешало мне рассмотреть его как следует.

– Привет тебе, Геракл, сын Зевса!

Голос нашего гостя словно бы отдавался слабым эхом – я никогда ничего подобного не слышал. На миг он напомнил мне голос бычьеголового мужчины из моего сна, только звучал он по-другому.

– Привет и тебе, господин, – помедлив, ответил я. Незнакомец был одет в длинное одеяние из какой-то тонкой гладкой ткани. Помню, я подумал, что никогда не видел такого платья. Оно почти полностью окутывало его широкоплечую фигуру, но мне казалось, что телом он могуч. Поначалу я решил, что он молод, затем – что стар, затем он снова показался мне молодым. А потом я уже даже и не знал, что думать.

Я видел и других людей столь же высоких, а то и выше. И все же я почему-то с самого первого мгновения нашей встречи был уверен, что впервые в жизни вижу бога. Мой племянник, который почти в то же самое время пришел к такому же выводу, утратил свою обычную наглость и попытался спрятаться у меня за спиной. Я никогда не видел