Уорик поднялся. Король обнял его и ушел. Стоя на пороге кузницы, Уорик слышал, как король весело сказал, что очень доволен работой кузнеца и своим ножом. Он посмотрел вслед удаляющемуся королевскому эскорту и вернулся к огню, радуясь, что у него было много работы и можно занять руки, потому что в голове царил невообразимый хаос.

Уорик начал плавить железо, но его работу прервали. Проводив короля, Вильям и Рауль Дуво, вместо того чтобы вернуться домой, направились к кузнице, о чем-то горячо споря по дороге.

Уорик спрятался за дверью, стараясь не пропустить ни одного слова из их разговора. Это оказалось несложно. Звук их высоких голосов ясно раздавался в морозном воздухе.

— Говорю тебе, это правда! — бушевал Вильям.

— А я говорю, это не больше, чем предположение! — отвечал Рауль.

— Предположение? Тогда скажи, сын, разве уже одно это тебя не настораживает?

— Ты веришь на слово какой-то толстозадой и тупоумной крестьянке!

Наступила долгая пауза; затем послышалось учащенное дыхание и сопение Вильяма Дуво.

— Берта нам очень пригодится, если твоя прекрасная и божественная невеста окажется в интересном положении. Берта очень умна и проницательна, особенно в отношении женских секретов. Она не могла ошибиться. Твоя драгоценная девственница беременна.

Уорику показалось, что его сердце на мгновение перестало биться. Холодный пот выступил на лице. Его мозг лихорадочно заработал. Боже правый! Как же она могла это сделать? Оставить его, оставить Четхэм, нося под сердцем его наследника! Как решилась играть в эти опасные игры, ставя на карту не только свою собственную жизнь?

И какой же он сам дурак! Служанка заметила, а он — нет! Он, ее муж, который ласкал и обнимал, и любил ее целую ночь…

— Я знаю, что она не девственница, отец. Она рассказала мне правду, которую не посмела открыть тебе. Но какое это имеет значение? В конце концов, это я собираюсь на ней жениться!

— Ты меня плохо слушаешь! Она не просто лишилась девственности, но носит ребенка какого-то олуха!

— С этим, отец, тоже легко управиться! Нужно только держать ее взаперти, пока она не разрешится от бремени, а потом избавиться от ребенка.

— И ты действительно думаешь, что она будет любить и слушаться тебя, после того как ты убьешь ее ребенка?! — фыркнул Вильям.

Рауль засмеялся:

— А что в этом такого, сэр? Мы же убили ее отца!

— Нужно избавиться от нее немедленно…

— Что? Король будет подозревать нас! Отец, я не откажусь от нее!

— Дурак! Весь твой ум — у тебя в панталонах!

— Отец…

— Хватит, я больше не буду с тобой препираться! Веселись с этой ведьмой, если ты так в нее влюблен! Бери ее, но помни, что ты попадешь прямо в ад!

Уорик, стоявший в стороне, сжал кулаки.

«Нет, Рауль Дуво и сэр Вильям, — подумал он. Мир перед его глазами окрасился в красный цвет. Цвет крови. — Я отправлю прямиком в ворота ада вас обоих!»

— Я умываю руки! — воскликнул Вильям и насмешливо добавил: — Делай что хочешь, Рауль, а я посмотрю, как у тебя пойдут дела. Завтра меня не будет целый вечер.

— Куда ты собираешься?

— Ничего особенного. Я получил письмо от одной старой приятельницы и хочу повидаться с ней и провести вместе вечер.

— Женщина? — захихикал Рауль. — Ах, отец! Значит, есть еще порох в пороховницах?

— М-м-м. Вполне возможно. Ну, ладно.