Никто не знал, откуда на холмах Зинтареса берётся вода. Потоки её стекали с островов прямо в океаны, а часть из них текла в долину. Поэтому плавающий по воздуху на высоте около сорока метров, архипелаг выглядел фантастически, но только для пришельцев.

Никому из сибианов не приходило в голову удивляться странно одинаковой форме островов, ни воде, непонятно, откуда берущейся — для Рушары это было совершенно нормально. Проплывая через Бирюзовый океан, раз в год, архипелаг попадал в радужные водопады, текущие с небес. Острова проходили сквозь его сплошные, как шторы, полосы, которые напомнили бы землянам северное сияние. Флотилия никогда не встречала радужный дождь — только архипелаг Зинтарес. После этого дождя проходили болезни у стариков, лучше росли дети, расцветали растения.

На самую же вершину холма никто не мог взойти. Туда не пускала какая-то прозрачная преграда. Сибианы подходили к ней совсем близко и могли видеть странные цветы и лианы, сплошь заполнявшие весь объем закрытого участка. Растения там росли, умирали, удобряли собой почву, на которой снова вырастали цветы и лианы.

Из-под прозрачной преграды вытекали широкие потоки воды, растекающиеся на речки и ручьи по оврагам и уступам холма. Холмы не были однообразными на всех островах. Где невысоки, а где и очень круты. И доходили холмы не до самых краев острова, а оставалась довольно широкая полоса, по которой можно было свободно обойти гору.

Когда сибианы впервые решились спуститься на тросах с краёв острова, то обнаружили изнанку его, то есть подошву. Вся она была закрыта серым клубящимся туманом, в котором вспыхивали короткие молнии. Сибианы стали спускаться со своих островов и плавать на лодочках. Их комфортабельная родина все-таки была тюрьмой, хотя они её очень любили.

Постепенно лодки начали сбиваться во флотилии — так началось плавание сибианов по всем океанам Рушары. Они посещали все материки и острова, перевозили многие полезные вещи от расы к расе — постепенно это занятие превратилось в меновую торговлю. Проплывая мимо архипелага, мореплаватели трубили в роги, приветствуя родину. Сверху им махали флагами. Со временем осталось только пять больших флотилий, которые плавали в разных океанах. И вот теперь юному монку Четтаре следовало посетить остальные четыре, чтобы разослать весть о необходимости вернуться на родину. Для солидности ему дали пряжку капитана, каких на всю Рушару только пять — по числу флотилий. Пришедшего с таким знаком выслушают, что бы он ни сообщил.

Четтара был горд своим поручением. Но, сибианы и Герои наставляли его без конца, памятуя судьбу юной Себбиры — молодые монки безрассудны. Ему следовало найти все четыре флотилии и при том не свалиться из воздуха в океан. Упавший в воду монк пойдет только на корм рыбам, а плавать наш почтовый голубь не умеет.

Тем временем Наяне следовало лететь на Урсамму с поручением добывать белые фтары. Аргентор неохотно отпускал её, опасаясь какой-нибудь пакости от Рушера. Но, сидеть и ждать было самым опасным, а ему только это и оставалось. Аргентор так и не открыл сибианам наличие у Рушера ядерного оружия, чтобы не испытывать их мужество.

* * *

Наяна летела через небольшой промежуток воды, отделяющий её от Урсаммы, поскольку отплыли они оттуда не так давно. Она полагала, что Аргентор зря беспокоится. Она летает, как Синкрет, а маневренностью превосходит любого из них. Наяна видела, как было трудно Ахаллору угнаться за резвой Маргианой в небе над Ларсари — его подводила собственная масса.