— Орниты не связываются с прочими расами. — возразили ей.

— Не связываются, значит, свяжутся. — отрезала она. — Иначе забирайте себе обратно все перья и повтыкайте их себе, откуда взяли.

— Перья не возвращаются на место! — со смехом отвечали ей.

— Вот и прекрасно. — удовлетворилась этим Аманда. — А теперь обсудим, как преодолеть разделяющие континенты океаны. Мне нужно попасть на материк Урсамма, потому что Орнарта говорила, что Белый Монк говорил ей, будто знает, где спрятаны Силы Рушера.

Как переплыть Аурус, золотой океан, который лежит меж трёх континентов? Построить плот? С маленьким плотом она бы управилась, но с большим, чтобы хватило запасов воды и пищи, чтобы он был устойчив при качке, Аманде точно не совладать. Она не умеет обращаться с парусами. И на Марено точно никто не сможет построить корабль — орниты никогда не знали мореплавания, потому что панически боялись воды. Пожалуй, это единственное, что может привести бесстрашных птиц в ужас. Их стихия — мелкие воды залива Крабарри Ло. К тому же, по их рассказам, даже вечные морские скитальцы, сибианы, боятся встречи со стаей эйчварсов — серебряных молний океанских глубин, хозяев водных просторов. Любой эйчварс шутя потопит её плот. Аманда видела их, когда они стаей проплывали вдалеке, и свет солнца отражался от их спинных плавников, как от зеркал. Взрослый самец огромен, как трансатлантический лайнер, и бывает этих рыб в стае до сотни.

Аманда сидела на восточном берегу длинного полуострова Фланнир, города танцующих пальм, одного из чудес Марено. Пальмы танцевали не всегда, хотя и любили музыку. Кажется, они были даже по-своему разумны.

У обитателей Марено была красивая музыка, и они умели прекрасно играть на крупных раковинах морских моллюсков, которых золотым прибоем выбрасывало на берег Фланнира.

Когда орниты затевали пение и танцы, пальмы тоже постепенно включались в процесс и начинали сначала тихо раскачивать кронами в такт музыке. Потом начинали медленно вращаться, закидывая кроны, как головы. И под конец принимались петь. Тогда музыка умолкала, потому что поющим пальмам уже не до неё. Они входили в экстаз и роняли на песок крупные плоды, похожие на кокосовые орехи. Орниты подбирали их, сносили на берег и пускали в воду, чтобы волны подхватывали их и уносили.

Погода стояла довольно жаркая, и Аманда решила искупаться. На длинное плоское восточное побережье Фланнира легко накатывали золотые волны Ауруса, в их пенных гривах мерцали пурпурные и изумрудные искры. Но вода только сверху кажется золотой — такой странный коэффициент отражения, а под поверхностью уже обыкновенная океанская вода, в меру солёная, голубоватая.

Зайдя в воду по грудь, она нырнула. Дальше заходить не следовало, потому что на берегу сидят и переживают за неё две орнитки, Арииси и Нарта — боятся, что она утонет. Вид плавающей в океане Орниссы их уже не приводит в ужас — привыкли — но инстинкты тоже никуда не спрячешь, верно?

На прекрасном белом песке под водой лежал плод танцующей пальмы. Орех был с трещиной — испорчен, значит, вот и затонул. Аманда никогда не видела, чтобы орниты ели эти плоды или вскрывали их, и ей стало интересно, что там внутри. Здесь, под водой, куда ни один орнит не сунется, она предоставлена сама себе.