— Как подставила?! — Яна даже остановилась.

— Идем, идем… — Север повлек девушку дальше. — А вот так, подставила. Теперь, если тебя не найдут, все твои долги спросят с Мальвы.

— Да как же?.. — Яна не находила слов. — Почему же?..

— Она ведь выступила как бы твоим поручителем, — Белов развел руками. — Ей и отвечать… Квартира у нее есть?

— Нет… Продала давно, за долги по героину… Ее родители теперь в деревне живут, вынуждены были уехать…

— Худо… Где ж сама Мальва обретается?

— Снимает, когда может… А нет — ночует по наркоманским притонам, перебивается… А то — у клиентов… Ой, что же я наделала?! — Яна схватилась за голову. — Ведь убьют теперь Мальвинку!..

— Не убьют, — успокоил Север. — Пока, по крайней мере, не убьют. Она же навела на тебя блатных. Так что пока ей ничего не грозит. А дальше разберемся.

Глава 14

Семен, халдей из «Джанга», возвращался домой под утро. Он отпахал ночную смену: ресторан работал круглосуточно. Усталость и раздражение от общения со всякой швалью, наркушами позорными, которых и за людей-то считать нельзя, поскольку на все способны ради героина, уравновешивались в душе Семена наличием в его кармане одной легонькой бумажки — стодолларовой купюры — итога сегодняшней «работы». Хорошо, что есть на свете всякое человеческое дерьмо, готовое добровольно травиться «дурью» да еще платить за это деньги, думал Семен. Спасибо московским господам демократам — раньше, при социализме, Сема о нынешних доходах даже и мечтать не мог. Кому нужен был тогда героин? Разве только вшивым блатнякам…

Семен гордился домом, где жил, — дом считался элитным. Ну, полуэлитным… Охранник при входе, четыре лифта, на многих этажах всего по одной квартире. Именно в такой квартире, занимающей целый этаж, и жил Сема: торговля отравой приносила официанту весьма неплохие доходы…

Кивнув охраннику, Семен вызвал лифт и поднялся на свой этаж. Халдей сейчас ничего не боялся: кто посмеет его тронуть, такого крутого? Да еще на собственной территории?

— Привет выблядкам рода человеческого! — весело сказал Север, за шкирку выволакивая Сему из лифта. — Красиво живешь: один на этаже! Красиво жить не запретишь!

Семен раскрыл было рот, чтобы заорать, и тут же получил страшный удар под дых. Халдей сложился пополам и без сил опустился на колени. Из его глотки вместо вопля вырвался только слабый хрип.

— Шуметь пока не рекомендуется, — заметил Белов наставительно. — Вот зайдем к тебе — там хоть оборись. У тебя ведь звукоизоляция, да?

Звукоизоляция в квартире Семена действительно имелась — халдей любил порой устраивать у себя громкие сексуальные оргии, а его соседи снизу были людьми небедными и могли при желании обеспечить официанту неприятности. Вот Сема и подстраховался — на свою беду…

— Ключи давай, — продолжал Север. — Плохо ты, Сема, гостей принимаешь, не радушно. Гляди, обижусь. А обиженный я злой становлюсь…

— Ты чей, парень? — простонал Семен.

— Я советский! — заявил Север возвышенно. — А у советских, как известно, своя гордость! Ключи доставай, полудурок, пока не взбесил меня! — закончил Белов резко.

Для профилактики Север врезал Семену ладонями по ушам: боль это причиняло феерическую. Сема взвыл, однако воя не получилось: Север тотчас мертвой хваткой сдавил горло халдея, встряхнул мужика и швырнул на пол.