— И ты сказал?!

— А что мне оставалось?! — трагически воскликнул Семен. — Он мне мой же «магнум» к башке приставил! Грохнул бы, не почесавшись, у него глаза волчьи! Такой сегодня убьет, а завтра и не вспомнит даже!.. Что мне оставалось?

— Значит, он не нанятый киллер… — произнес Джавад задумчиво. — Значит, это не война, не разборки, не удар конкурентов… Просто личная месть… Уже хорошо! Итак, ты, Сема, утверждаешь, что чмырь этот — конкретный одиночка?! — Джавад повеселел.

— Он сам так сказал…

— И убить он меня хотел только из-за Янки?

— Да… Чтобы ее оставили в покое…

— Дурак! — обрадовался Джавад. — Да не ты дурак, Сема… Ты-то, ясно, дурак, но базар не о тебе… парень тот дурак! Ввязаться в подобную запутку из-за бабы… Я всегда говорил: вы, русские, клинические идиоты! Романтики сопливые! Ни один настоящий джигит не поступил бы так, как твой чмырь! Бабы — дрянь, трава, их везде что грязи! И рисковать ради них шкурой… нет, это надо быть полным идиотом! Русским, одним словом!

— Ты, Джавад, осторожнее, он страшный человек, этот чмырь, — проявил заботу Семен.

— Без тебя знаю! — окрысился Джавад. — Он всех моих лучших ребят положил! Ох, найду я его… кишки на палку намотаю! А его девкам, обеим, мои пацаны все дырки на фашистский крест порвут! Узнает, чмырь, как с Джавадом связываться!

— Какие девки, Джавад? — вяло удивился Семен. — Он речь вел только об одной, о Янке…

— Ему Мальва помогала в «Джанге»! — взвизгнул Джавад злобно. — Моя «пехота» загнала чмыря в ловушку, а Мальва, сука, его оттуда вытащила!.. О аллах!.. — вдруг охнул кавказец непроизвольно — пришедшая в голову мысль поразила его. — Неужели Мальва знала все заранее?.. И молчала?.. Ну, шкурка драная! Ох, что я с ней сделаю, когда найду!..

— О чем ты, Джавад?.. — Семен уже не знал, как ему себя вести.

— Молчать, пидор, петух топтаный!

Горец сгреб Сему за грудки, сдернул со стула, прижал к стене и вновь принялся избивать.

— Отвечай, что ты сказал про меня чмырю?! Говори, с-сука! — рычал он.

— Ничего… ничего не сказал… только назвал тебя!.. — хрипел Семен.

— Врешь! Правду говори! Говори!

— Описал тебя… сказал, когда ты бываешь в «Джанге»… — Семен сломался окончательно.

Джавад неожиданно выпустил его. И Семен кулем рухнул на пол.

— Значит, это ты меня заложил… — протянул горец угрожающе. — Значит, это ты, грязь, свинья русская, виноват в смерти моих отборных парней…

— Джавад, я ни при чем! — отчаянно заверещал Семен, поняв, что теперь его ждет нечто совсем уж страшное.

— Ты, ты… Он ведь спрашивал тебя, когда и где я бываю?

— Спрашивал…

— Значит, сам не знал… Значит, не Мальва ему меня заложила, а ты, козел! Да Мальва и не могла, я не отпускал ее от себя в эти дни… Значит, ты, чмошник!..

— Джавад, пощади!.. — Семен чувствовал: сейчас его будут убивать.

— Пощадить? — Джавад ухмыльнулся. — А за какие заслуги тебя щадить? Чем ты отработаешь свою поганую жизнь, тварь бессмысленная? Может, у тебя деньги есть?

— Есть деньги, есть, Джавад! — Семен хватался за соломинку.