|
Менестрель уже посматривал в сторону леса – каково-то его друзьям узнать, что первая же попытка провалилась? – когда сбоку в одной из створок открылась небольшая калитка: - Проходи! Придерживая локтем лютню, чтоб не звякала, мастер Неар шагнул внутрь. Неулыбчивый стражник – судя по тому, что вооружен был лишь коротким копьем и щитом, он не являлся рыцарем – сделал ему знак следовать за собой. Шагая за ним, менестрель держал глаза и уши широко раскрытыми и, чем дальше, тем сильнее понимал, что его расчет оказался верен. На дворе и в замке было очень мало рыцарей и вообще вооруженных мужчин – лишь несколько часовых на стенах – но сам замок был довольно велик. У здешнего лорда было наверняка достаточно сил и средств, чтобы держать при себе дружину в шесть-семь десятков конных воинов. Но куда они все делись? Судя по внешнему виду, замок давно ни с кем не воевал – не заметно следов осады и битвы, среди молодых женщин нет ни одной в трауре. Но и смех и шутки тоже не слышны. В большом зале у распахнутых окон вокруг знатной дамы собралось небольшое дамское общество. Женщины и девушки сидели на вышитых подушках или низких пуфах вокруг кресла, где восседала немолодая леди с лицом таком холодным и сосредоточенным, какое бывает, если изо всех сил стараешься не показывать своего отчаяния и горя. Несомненно, это была она – супруга владельца замка, леди Элестар. И это ее дочь просила о помощи. Приблизившись, мастер Неар отвесил церемонный поклон. - Менестрель, - прозвучал усталый голос женщины. – Что привело тебя в эти стены? Тот беззастенчиво стрельнул взглядом на составленные вдоль стен столы – в обычае многих знатных господ угощать менестрелей. Какие бы новости ни принес странствующий певец, на пустой желудок их слушать мало, кто желал. Но здесь ему явно не подадут и стакана воды. - Я брожу по свету от замка к замку, - промолвил он, оборачиваясь к леди. – Пою песни, передаю новости… Сейчас иду из поместья-столицы. Там… - Я знаю, что было недавно там, - перебила его женщина. – Празднование новогодия. Это не интересно. - Тогда, - менестрель поудобнее взял лютню, - может быть, вам будет интересно послушать, что происходит в соседних замках? - Меня не интересуют мелкие соседские сплетни, - леди Элестар отвернулась к окну, - в то время, как… Пой свои песни, раз пришел, - другим тоном, одновременно досадливым и грустным, добавила она. – Потом тебя отведут на кухню и накормят… Сегодня нам не до веселья… - У вас несчастье? - Моя дочь… - женщина осеклась, закусив губу и изо всех сил сдерживая чувства. Видимо, она привыкла держать себя в руках, потому что успокоилась довольно быстро. Но мастеру Неару хватило и этого. Мысленно скрестив пальцы на удачу – да и не только мысленно, но и по-особому перехватив гриф лютни, - он подошел совсем близко и преклонил колено перед креслом знатной дамы. - Леди Элестар, - промолвил он, - думаю, «Баллада о похищенной деве» - как раз то, что вам нужно! Пальцы музыканта забегали по струнам, извлекая мелодию, одновременно грустную и тревожную:
Жду у окна я в тоске и тревоге – Тени трепещут на голой стене! – Глаз не свожу с опустевшей дороги – Мама родная, поплачь обо мне.
Нет, не увидеть мне отчего дома – Тени трепещут на голой стене! – Как тяжелы и жестоки оковы - Мама родная, поплачь обо мне!
Птицы свободные, в небе летите – Тени трепещут на голой стене! – Скорбную песню мою разнесите – Мама родная, поплачь обо мне…
Мастер прервался, глядя на слезы, струящиеся по щекам леди Элестар. - Это… жестоко, - прошептала она. |
