— Кажется, я начал понимать. Тело аккумулирует ману и концентрирует её в Истоке, но когда происходит переполнение, маг через потоки легко избавляется от излишков. Они не только фокусируют ману, но и служат клапаном давления.

— Именно! — улыбнулась Ева очаровательной улыбкой. — Приятно знать, что Аннигиляция не отбила тебе мозги.

— Эй! — обиделась та, но Ева на это даже внимания не обратила.

— Но если у меня нет “клапана”, то как выходит мана? — спросил я.

— Через тело, разумеется. И в этом-то проблема. Мана в малых дозах делает тело крепче, сильнее. Ты замечал, что чаще всего оказываешься сильнее своих сверстников, что твои раны заживают гораздо быстрее должного?

— Ну да… было дело. Я думал, все дело в хороших генах.

— Всё дело в обратном потоке маны. Но это в малых дозах. А в больших она вызывает отравление, и в конце концов ты рискуешь самовозгореться.

— Серьезно?! — мне было совсем не до смеха.

— Всё хорошо, потому что, как я тебе и сказала, у тебя оказался хороший знакомый маг. Понятия не имею, кто он или она, но к проблеме этот маг подошел основательно. Он создал ложные потоки, которые стали твоим клапаном, не давая перегрузить себя. Но они мало подходят для привычного колдовства, лишь для высвобождения излишков. Бывали ли у тебя случаи, когда ты ощущал острое жжение где-то в этой области?

Ева прошла ко мне за спину и ткнула пальцем в позвоночник чуть ниже лопаток.

— Возможно… — постарался вспомнить я. — Такое действительно бывало после того, как я пытался заниматься магией.

— Про что я и говорю.

— Но вы сказали… “запечатал”.

— Именно. Как я уже сказала, в обратном потоке маны вся энергия стекается в Исток, копится, и даже при сбрасывании излишков нагрузка на него очень велика, что приводит к весьма любопытным последствиям.

— Каким?

— Твой запас маны, он… мягко говоря, огромен. Я бы даже сказала, запредельно огромен. Я знаю лишь пару магов с таким количеством маны, как у тебя.

— Что?! Да бред. Я никогда не мог выдавить из себя много маны!

— И мы вновь возвращаемся к твоему вопросу о “запечатывании”. Печать не позволяет тебе использовать больше процента. Все остальное оперативно сбрасывается в окружающую среду через ложные потоки. Полагаю, что это делалось для твоей безопасности, чтобы твоя магическая система работала и развивалась, но при этом не переходила опасную грань. Только маг не учел твой потенциал. С одним процентом и обратным потоком, ты вообще не должен уметь использовать магию. Она должна просто развеиваться в окружающей среде, но… ты можешь. Потому что один процент от лужи — это пара капель, но один процент от океана — это море.

— У меня… настолько много маны?

— Твой Исток может вместить столько, но на деле же вся она уходит через ложные потоки.

— А это можно… исправить? — осторожно уточнил я.

— Разумеется. Мы боги, мы можем почти всё. Я легко могу изменить это плетение и переписать его, но вопрос в другом: нужно ли мне это делать? Печать решила твою проблему, но если повысить лимит хотя бы до трех-пяти процентов, то может начаться отравление, и ты рискуешь умереть.

— Вот дерьмо…

— Но это так же спасло тебе жизнь. Из-за особенностей строения энергетической системы ты гораздо лучше принимаешь Свет. Как я поняла из рассказа, тебе приходилось использовать оружие Максимилиана, и при этом ты остался жив, хотя Свет по идее должен был выжечь не только тело, но и душу. Всё потому, что твое тело и так привыкло к избытку энергии и смогло оперативно его “сбросить”.

— Теперь я понял… — сказал я, глубоко задумавшись.