— Я люблю его, — пробормотала она, набрав при этом полный рот снега и даже не заметив этого, настолько ее поразила сама эта мысль. — Хорошенькое время я выбрала, чтобы это понять.

— Ты что, застряла? — Кит наклонился над краем площадки, высматривая, где она остановилась.

Ноэль качнула головой и нащупала следующий выступ для руки.

— Я люблю Кита Бэньона. — Она и не заметила, как преодолела еще три фута. — С ума сошла. Это просто секс. — Еще четыре фута долой. — Я прилипла к горе, словно полудохлый клоп, а думаю при этом о своей любви. — Она снова начала задыхаться, но и этого тоже не заметила. С каждым словом цель становилась на полфута ближе. — У меня голова булыжниками набита. Там больше камней, чем на этой скале. — Она неожиданно хихикнула.

— Ноэль? Ты ударилась? Ответь же, черт возьми! Я слышу, как ты бормочешь там, внизу. В чем дело?

Ноэль выплюнула изо рта снег и, подняв голову, увидела свесившегося с края площадки Кита.

— Я хочу, чтобы ты научил меня скалолазанию. По-настоящему, — заявила она в тот самый момент, когда Кит дотянулся до ее руки.

— Ты с ума сошла, принцесса, — прорычал он, подтаскивая ее еще на два фута вверх. Через секунду она уже упала на площадку рядом с ним.

Ноэль, перекатившись на бок, звучно поцеловала его. В ее глазах плясали искорки счастья. Ей казалось, что она способна без всякой страховки покорить Эверест. Она любит Кита. Эти слова симфонией звучали в ее душе.

— Да, я знаю. Я и сама так решила. Но ты говорил, что тебя это не волнует. Так что ловлю тебя на слове.

Кит притянул ее к себе за плечи, заглянул в мокрое, со следами грязных потеков лицо. В ее взгляде появилось что-то новое. Какая-то таинственность, загадка. Квинтэссенция женщины.

— Я не против, принцесса. Ты можешь ловить меня на чем угодно, лишь бы при этом ты смотрела на меня так, как сейчас, — отозвался он и склонился над ней с поцелуем. Каждая секунда ее подъема на этой ненадежной веревке стоила ему долгих страшных лет. Он и не представлял себе, что может до такой степени волноваться за другого человека. Риск всегда был частью его жизни — но ему вдруг захотелось, чтобы Ноэль ничего подобного больше никогда не коснулось. — Одно я могу пообещать тебе наверняка. Самая большая опасность, с которой тебе придется столкнуться, когда мы выберемся отсюда, — это переход улицы, — сказал он, оторвав от нее губы.

Ноэль рассмеялась.

— Спорим? — Она вывернулась из его объятий и, встав на ноги, решительно взглянула на него: — Вперед. Нас ждет вторая половина пути.

Кит тоже поднялся, только медленно, словно в раздумье. Его смущало настроение Ноэль, но он понятия не имел, как выяснить, что же в ней изменилось. Казалось, ее переполняет какая-то тайна, настолько дорогая ее сердцу, что она не хочет ни с кем ею делиться. Кит готов был схватить ее и трясти до тех пор, пока она все ему не расскажет. Но благодаря Ноэль он уже начинал понимать, что есть вещи, требующие дипломатии и терпения, а не агрессии. И с Ноэль абсолютно всего приходилось добиваться именно такой тонкой стратегией. А потому он просто подождет, пока его принцесса не перекинет мостик к этой своей тайне и не пригласит его. Вдруг этот секрет станет последней преградой, возведенной между ними?

Глава 12

— Осталось совсем немного, — сказал Кит, останавливая Ноэль прикосновением руки. Он рассматривал ее, все еще в тревоге от перемен, которые ощущал в ней, но никак не мог разгадать.