Маргарита не закричала. Да и как она могла закричать? Шовелен ведь сказал: молчать и не двигаться! Неужели судьба сделает ее убийцей брата, отца Сюзанны и… еще двоих, которых она не знает?

Рассвет все еще не наступил, и на пустынном берегу было тихо, как в могиле. Вдруг невдалеке послышался звучный голос, громко и весело напевавший: «Боже, храни короля!»

Глава 29

Шхуна

Маргарита задрожала всем телом. Она скорее почувствовала, чем сообразила, что притаившиеся в засаде люди встретят это пение, как сигнал к нападению. Голос раздавался совсем близко, но море шумело, утесы отражали звук, и невозможно было определить, где именно находился певец, так беззаботно стремившийся навстречу опасности.

Над головой Маргариты тихо звякнуло ружье: люди готовились стрелять. Она с трудом удержала крик ужаса, вскочила на ноги и, быстрее ветра обогнув скалу, очутилась перед хижиной.

— Арман! Арман! — закричала она, неистово колотя в дощатую стену. — Стреляй, ради всего святого! Вы вооружены, но ваш предводитель близко! Стреляйте! Защищайтесь!

Грубые руки схватили ее и бросили на землю.

— Перси, спасайся! Беги! Беги! — стонала Маргарита, вырываясь. — На помощь, Арман! На помощь!

— Угомоните женщину! — бешено кричал Шовелен, готовый ударить ее.

На лицо Маргариты тотчас набросили тяжелый плащ, и она почувствовала, что задыхается. Смелый певец также умолк, очевидно, предупрежденный ее криками. Солдаты бросились к домику Бланшара.

— Пусть ни один не выйдет оттуда живым! — яростно кричал Шовелен, в гневе забывший, что хотел захватить врага живьем и что обещал Маргарите беречь ее брата. Хижина оказалась незапертой, внутри не было огня, только от догоравших под очагом углей падал слабый красноватый свет. Шовелен, ожидавший упорного сопротивления, был поражен безмолвием, встретившим ворвавшихся солдат.

— Никого! — удивился Дега.

— Что-о? Вы им позволили уйти живыми? — загремел Шовелен.

— Обыскать каждый куст, каждый камешек!

Солдаты разделились и бросились вниз, к берегу.

— Вы мне заплатите за это! — прошипел Шовелен сержанту. — И вы также, уважаемый гражданин, — обратился он к Дега. — Как вы смели ослушаться моих приказаний?

— Гражданин, — бледнея, ответил Дега, — вы сами приказали ждать высокого англичанина и до его прихода не тревожить этих людей… он не входил в хижину, за это я ручаюсь.

Вдали прогремел оружейный выстрел, за ним другой, третий. После нескольких мгновений мертвой тишины послышался всплеск воды, потом равномерный шум весел.

Шовелен вынул платок и дрожащей рукой вытер пот со лба.

— Шлюпка… шхуна, — дрожащим голосом пробормотал он.

Запуганные его угрозами солдаты ждали только высокого англичанина и дали уйти остальным, которых он приказал не путать, чтобы они не предупредили своего начальника.