– Спасибо, миледи, – прошептал Джеффри, и Джульетта отправилась выполнять свои обязанности с таким легким сердцем, что почти забыла о страхе, затаившемся в глубине ее души.

Ребекка прекрасно знала, что за несколько дней человек не может похудеть вдвое, даже если он за столом передвигает еду по тарелке, вместо того чтобы быстро отправлять ее в рот, как он делал это прежде. И тем не менее ей казалось, что Джозайя усыхает все сильнее, словно отсутствие Робби высасывает из него все соки, по унции в час.

Как это ни странно, Ребекка ухитрялась ежедневно навещать Робби, она болезненно скучала по сыну. Тоска висела на ней такой тяжестью, что ей едва удавалось встать по утрам с постели и доплестись до кухни. И готовя завтрак, ей приходилось останавливаться и отдыхать на полпути от плиты к кухонному столу. Поведение Джозайи выводило ее из равновесия еще сильнее. Она ничуть не удивилась бы, если бы он выказал злорадное торжество и потирал руки от радости, что наконец избавился от ребенка, чье присутствие так сильно его раздражало. Ребекка совершенно не ожидала этого почти не скрываемого горя – словно он втайне питал к Робби любовь, которую никогда и ничем не проявлял.

– Верди Катлер говорит, что ее муж в этом году засадил лишний акр тыквами, – сказала она, неохотно тыча вилкой в мятый картофель.

Джозайя сжал вилку с такой силой, что казалось, вот-вот ее согнет.

– У Катлера в помощь есть четверо крепких мальчишек. Значит, по ночам могут дежурить пятеро, чтобы не дать краснокожим обчистить поле, когда придет время собирать урожай. Нельзя сравнивать мою работу с той, что выпадает на долю Катлера, хозяйка.

– Ох, Джозайя! – вздохнула она, кладя вилку рядом с почти нетронутой едой на тарелке. Она стиснула руки на коленях, моля Бога, чтобы он дал ей силы. – Я ведь просто передала тебе интересную новость. Это ты начал сравнивать работу. Если уж на то пошло, ты только и делаешь, что сравниваешь себя с другими мужчинами – с того дня, как женился на мне. И я от этого устала.

Кажется, Джозайя выронил вилку. Ребекка услышала, как металл глухо звякнул о дубовую крышку стола, а потом что-то со звоном скатилось на пол. Она подумала, что так же происходит с ее надеждами. Несмотря на те смелые слова, которые она сказала мисс Джей, ей можно с тем же успехом признаться, что их совместная жизнь с Джозайей совершенно не удалась. Если бы ей надо было думать только о себе, она смирилась бы с тем, что сидит напротив него за столом, тщательно взвешивая каждое свое слово, молча глотая насмешки и неверные толкования, которыми он моментально встречает все, что она говорит.

Но она не одна. У нее есть Робби. Как только она вымоет посуду после ужина, она отправится к Джеффри и потребует, чтобы он вернул ей сына – и они вдвоем уедут… Конечно, она совершенно не представляла себе, куда они могут уехать, но они найдут что-нибудь. Радуясь тому, что может отвлечься от боли, комом вставшей у нее в горле, Ребекка вскочила со стула и стремительно нагнулась, чтобы поднять с пола упавший прибор.

И можно было подумать, что вилка оказалась магическим жезлом, из которого прямо ей в душу излились новые силы. Она вдруг обнаружила, что наставила зубцы на Джозайю, словно намеревалась проделать ему во лбу огромную дыру, чтобы хоть через нее вбить в него немного здравого смысла.

– Катлеры сохранили почти все свои тыквы, потому что честно договорились с индейцами, а не потому, что дежурили по ночам в поле! И нечего меня попрекать, хозяин, четырьмя сыновьями Катлеров. Запомни раз и навсегда – последний раз Непорочное Зачатие произошло почти две тысячи лет тому назад!

Джозайя резко втянул воздух и угрожающе сощурил глаза, приподнимаясь со стула.

– Хозяйка.