— Ролан Даже! — с удивлением сказал Людовик. — А вы хотели быть убитым.

— Государь! — с волнением отвечал гренадер. — Мне не удалось умереть.

— К счастью для вас и для меня, господин гренадер. Для меня потому, что у меня в армии остался храбрый солдат, а для вас потому, что я награжу вас так, как вы заслуживаете.

Он дал поцеловать свою правую руку Ролану, который стал на одно колено.

Отец Ролана с глазами, полными слез, встал на колени по другую сторону и, схватив левую руку короля, прижал ее к своим губам.

Людовик обернулся к лейб-гвардейскому сержанту, который ждал неподвижно невдалеке от того места.

— Как твое имя? — спросил король.

— Тюлип, сержант третьего лейб-гвардейского полка, ваше величество.

— Хорошо! Я запомню, — сказал король.

— Да здравствует король! — закричал Тюлип, махая шляпой.

— Да здравствует король! — подхватила толпа. Даже взял за руку сына.

— Пойдем, — сказал он, — Сабина и Нисетта ждут нас в Сент-Амане.

— А Жильбер?

— Он с ними.

— Но как его нашли? Где он?

— Он сам тебе скажет.

С этими словами Даже увлек сына к мосту.

XXVII

«Кукареку!»

Наступила ночь, весь лагерь был освещен: праздновали победу. В густом лесу близ Мортони остановился всадник.

— Кукареку, — послышалось из чащи.

Всадник сошел на землю, к нему приблизился человек в черном плаще и маске.

— Ну, что яд? — спросил он с живостью.

— Ни малейшего следа! — ответил всадник.

— Они не страдают?

— Нисколько. Б не оставлял их ни на минуту и утверждает, что нет никаких признаков отравления.

— А прошло уже четырнадцать часов, как девушки отравлены. Он сказал, что дал им яд в восемь утра, а сейчас десять вечера.

— Не солгал ли этот человек? Может быть, страх или надежда спастись внушили ему эту мысль об отравлении?

— Это возможно, а если нет?

Человек в маске сделал нетерпеливое движение. Рыцарь размышлял.

— Что с домом? — спросил он внезапно.

— Сгорел дотла.

— Кто-нибудь пытался бежать во время пожара?

— Никто.

— Может, вы видели кого-нибудь, заметили что-нибудь или слышали такое, что могло бы навести нас на след?

— Ровным счетом ничего.

— Так я и думал, — сказал Рыцарь, качая головой. — Борьба еще не кончилась, но она кончится сегодня ночью.

Он наклонился к земле: послышалось второе «кукареку». Третий человек показался в тени. Это был Черный Петух.

— Где пленник? — спросил Рыцарь.

— Он здесь, — ответил Черный Петух.

Он раздвинул кустарник одной рукой, а другой, взяв закрытый фонарь, осветил внутри чащи. На земле лежал крепко связанный, с кляпом во рту, рослый худощавый человек в богатой ливрее. В наклонился над ним.

— Джон! — сказал он с удивлением. — Слуга герцога Кумберлендского!

Рыцарь сделал утвердительный знак. Потом, обернувшись к Черному Петуху, спросил:

— А другой?

— Там! — ответил Черный Петух.

Он повернул свой фонарь налево: другой человек высокого роста, также связанный, лежал в густой траве. В. подошел и посмотрел.

— Князь! — сказал он.