— Да, об этом я тоже хотела с тобой поговорить. Тебе известно, что наша дочь теперь не может быть королевой Талшамара?

— Это был великолепный ход, — заметил Райен. — Ты оставила мою мать с носом, а это мало кому удавалось.

— Райен, ты выслушаешь меня? — нетерпеливо перебила Джиллиана.

— Внутренний голос советует мне этого не делать, однако, продолжай.

— Все очень просто. Когда Филипп Французский узнает, что у талшамарского престола нет наследников, он попытается предъявить свои права.

Райен прищурился.

— Не пойму, в чем состоит твоя просьба.

— Мне нужен сын. А еще лучше — два сына. Все его мышцы вдруг напряглись.

— И ты просишь, чтобы я стал их отцом?

— А кого же еще мне просить? Ты мой муж. Райен так неожиданно расхохотался, что синие глаза Джиллианы исполнились немого укора: этого она от него никак не ожидала.

— Ах, Джиллиана, Джиллиана, ты бесподобна!

— Я не закончила. Я хочу, чтобы ты, совместно со мной, правил Талшамаром. Это оградит меня от нападок Филиппа в том случае, если ты не сможешь подарить мне сына.

— Что?! — Райен просто остолбенел.

— Я постараюсь доставлять тебе как можно меньше хлопот. Что же касается моих подданных, то они по моей просьбе охотно примут тебя в качестве правителя. К тому же, если помнишь, часть из них уже присягала тебе на верность.

Райен с совершенно новым ощущением вглядывался в ее лицо. До этой минуты он боялся, что они расстанутся и что он никогда больше ее не увидит, теперь же он едва мог скрыть свое ликование.

— Гм-м! Раз единственный способ тебя спасти — это делить с тобою ложе, — что ж, придется подумать, — заявил он, явно развлекаясь.

— Обещаю, Райен, ты об этом не пожалеешь. — В ее синих глазах тоже запрыгали веселые искорки. — Правда, я, возможно, несколько поторопилась, обещая не доставлять тебе хлопот: дело в том, что у меня это плохо получается. Ведь так?

Райен поднялся по ступеням и вновь сел на трон.

— Джиллиана, можешь считать меня глупцом, если угодно, но я решил выполнить твою просьбу. Я помогу тебе справиться с твоим, как ты говоришь, затруднением, но при одном условии я никогда не оставлю Фалькон-Бруина.

— Тебе не придется его оставлять! Ты будешь править в двух государствах — Талшамаре и Фалькон-Бруине. — Она подошла к нему и, встав рядом, дотронулась до его щеки. — Сегодня я готова принести ту клятву, от которой удержалась в день нашего венчания. — Она опустилась на колени и подняла на мужа серьезные синие глаза. — Клянусь всегда и во всем подчиняться своему сеньору, королю Райену.

Он поднял ее с колен.

— Только подчиняться?

— Нет, Райен. Я клянусь любить тебя всю жизнь.

Он затаил дыхание.

— Ты все еще меня любишь?

В ее глазах он прочел ответ раньше, чем она успела его произнести.

— Я никогда не переставала любить тебя, Райен, — даже когда считала, что тебя больше нет.

Ему отчаянно хотелось прижать её к себе и не отпускать.

— И мне нужны сыновья, и чем больше, тем лучше, — сказала она, мучительно желая наконец спрятать лицо у него на груди.

Райен привлек ее к себе.

— Джиллиана, милая моя!.. Я люблю тебя так, как не любил еще женщину ни один мужчина. Ты вернула мне веру и желание жить. — Глаза его затуманились, он прижался щекой к ее щеке.