Князь явно куда-то торопился, его речь была отрывистой и быстрой.

— А…

— Давай потом?! У меня еще куча дел! Ты пока отдохни, а завтра с утра я постараюсь ответить на твои вопросы и долг отдам, — бросил мне Гунер и под моим удивленным взглядом забрался опять в карету и что-то сказал вознице; экипаж развернулся и исчез в сумерках.

— Пойдемте со мной, сэр Рэн! — вывел меня из оцепенения голос Ковона. — И позвольте ваши вещи. — Он протянул мне руку.

— Как-то мне непривычно, что настолько старший по возрасту человек называет меня на «вы», да и не сэр я пока, — бросил я, а потом предложил: — Давай на «ты» и без всяких «сэров»? — Мешка своего я так и не отдал, да и не собирался. Еще не хватало, чтобы мои вещи за мной носили!

— Хорошо, давай на «ты», — согласно кивнул старик и покушаться на мой мешок не стал. — У нас тут все по-простому. Князь — очень хороший человек и в обиду никого из своих не дает.

— Я догадываюсь, — ответил я.

Дом был очень уютным: и снаружи он выглядел красиво, и внутри было все по-домашнему. Всякие статуэтки, картины подобраны со вкусом и внушали спокойствие и желание оставаться здесь подольше. Вот только мне было не до рассматриваний, глаза просто самопроизвольно закрывались. Гунер не поскупился, выделил мне прекрасные апартаменты, иначе и не назовешь. Большая комната с кроватью, письменным столом, креслом и двумя шкафами и еще ванная комната. Внимательный осмотр я отложил на утро, а сейчас бросил мешок на пол, стащил с себя одежду и блаженно вытянулся на кровати. Хорошо-то как! «Повезло князю: такой дом, так уютно», — были последние мои мысли, когда я провалился в сон.

— Черт! Какой идиот тут всякую ерунду разбросал! — раздался чей-то вопль у меня над ухом, а потом что-то грохнулось.

— Что происходит? — спросил я, продирая глаза и выползая из-под одеяла.

— А-а-а! — закричал мой неизвестный посетитель.

— Чего орешь-то? — спросил я, разглядывая парня лет пятнадцати-шестнадцати.

Одет он был просто, я бы даже сказал — бедно. Простые холщовые штаны, старые сапоги, камзол на размер-два больше, а на голове — непонятный берет. За поясом же висел длинный кинжал, но никаких украшений на нем не было.

— Ты кто? И что тут делаешь?! — прекращая давить мне на уши своим воплем, спросил парень.

— Сплю, — хмыкнул я, — а что?

— Это моя комната!

— Извини. Не знал, — пожал я плечами и, бросив взгляд в окно, за которым солнце еще не встало, сладко зевнул. — Гунер меня сюда приказал поселить. Давай не мешай мне спать.

— А мне как быть? — растерялся парень.

— Слушай, а как ты сюда вообще попал? — спросил я, присаживаясь на кровати. Окно-то сейчас было открыто настежь, а вечером, вечером… не помню. Но версию о грабеже я бы не стал сбрасывать со счетов; хотя, посмотрев на изучающего меня парня, понял: на грабителя он непохож.

— Я… — парень как-то странно хмыкнул, — пришел в свою комнату… Пришел недавно, вот и не хотел никого будить. А тут ты… — развел он руками, а потом спросил: — Ты вещи-то свои зачем раскидал?

— Я их не раскидывал, а снял, когда спать ложился.