— Если честно, то страшно проголодалась.

Съела бы сейчас, наверное, целого слона.

Себастьян рассмеялся.

— Я тоже.

Они вошли в первый попавшийся им на пути ресторанчик, уселись за расписанный в пестром африканском стиле столик и, расспросив у поспешно подошедшего официанта, что представляют собой те или иные блюда, сделали заказ.

Официант удалился. И, оставшись наедине, Ева и Себастьян внимательно посмотрели друг на друга. Продолжать хранить молчание больше не представлялось возможным.

— Почему ты опять решила приехать именно сюда, Ева? И почему именно в это время года? — спросил Себастьян, протягивая ей руку.

Она доверчиво и без колебаний, как в прошлом году, вложила в нее свою небольшую кисть. Но ответила не сразу. Сначала долго изучала замысловатый узор на столешнице и сопела, как застеснявшийся незнакомца ребенок.

— Просто мне здесь понравилось… А пойти в отпуск именно сейчас меня попросил начальник…

Себастьян негромко рассмеялся.

— Я слышал, что существуют люди, абсолютно не умеющие лгать, но никогда не верил, что такое возможно, — сказал он.

Ева взглянула на него, недоуменно насупив брови.

— Ты это к чему?

— К тому, что полминуты назад ты убедила меня в справедливости этого утверждения, — улыбнулся Себастьян.

Ева опустила глаза и покраснела.

— Лгунья из тебя просто отвратительная, — ласково заверил ее Себастьян, сжимая руку. — Когда ты отвечала на мой вопрос, то боялась смотреть мне в глаза и совершенно нетипичным для тебя образом растягивала слова, будто знала, что можешь сказать что-то не то.

Ева окинула его быстрым взглядом и медленно кивнула.

— Ладно, больше даже не буду пытаться хитрить. Ты прав. Я сама попросилась в отпуск именно сейчас. А в Кению приехала… — Она замолчала и как-то беспомощно, словно признавая свое поражение, подняла и опустила хрупкие плечи.

Себастьяна этот ее жест привел в полное умиление. Он подался вперед, протянул другую руку, заботливо заправил за ухо сбившуюся ей на щеку прядь волос и указательным пальцем провел по белому, как мрамор, виску.

— Больше не буду задавать тебе провокационных вопросов. Лучше сам расскажу, почему я пошел в отпуск именно сейчас и опять прилетел в Кению.

Себастьян ненадолго замолчал, и Ева без труда догадалась, что и ему совсем не просто открыть перед нею душу.

— Понимаешь, в один прекрасный момент я представил вдруг, что еще раз оказываюсь в этом царстве экзотики… — Он смущенно кашлянул. — В необыкновенной стране, в которой познал высшее счастье… с тобой.

Когда главные слова были произнесены, обоим стало легче. Напряжение, сковывавшее Себастьяна, вдруг бесследно исчезло, складки у рта и между бровей разгладились, а в глазах появился живой блеск, Он заговорил свободнее и охотнее.

— Когда мне пришла в голову идея снова прилететь в Кению, в тот же самый день, на такое же сафари, я почувствовал столь мощный прилив бодрости, что сутки после этого пребывал в состоянии беспечного детского счастья. Представляешь? У меня как будто выросли крылья, хотя понять причину своего ликования я никак не мог.

Он подмигнул Еве и добавил заговорщически приглушенным голосом:

— А теперь я все понимаю.

Она вопросительно вскинула бровь.

— И в чем же состояла эта причина?

Себастьян поднял указательный палец.

— Я просто предчувствовал нашу с тобой встречу!

Ева рассмеялась.

Принесли заказанные блюда. И их аппетит, и так не на шутку разыгравшийся, мгновенно усилился.

— Пожалуй, нам следует подкрепиться, — с удовольствием оглядывая еду, произнес Себастьян.