Мушкет же перенес легче, но он смотрел на Ампера, и в глазах бывалого снайпера, повидавшего много чего, плескалась паника и ужас.

– Уходим, – заикаясь, выкрикнул он.

– Лежать, – скомандовал Ампер, добавив в голос уверенности. – Ждем.

Мушкет снова вздрогнул, но, похоже, его отпустило.

– Фу, – шумно выдохнул он, – думал, обосрусь. Что делаем?

– Ждем, – с нажимом, сквозь зубы, повторил Погорелов. – Вещий знахарь не мог так ошибиться.

– Как его валить-то? – уже окрепшим голосом спросил снайпер.

– Как-нибудь. Но теперь я знаю, как выглядит самая жуткая тварь Улья.

А на поле боя завершался разгром. Замершие и прекратившие стрелять бронемашины, в панике бегущие прочь люди. Тварь догоняла их и жрала вместе с оружием и обмундированием. Ампер видел, как внешник замер, глядя на проглотившего его товарища скреббера, рванул пистолет из набедренной кобуры и выстрелил себе прямо в голову.

Неужели они упустили момент или Знахарь ошибся? Ведь будущее неопределенно, и кто-то не смог попасть и навредить твари. Но именно в этот момент последний танк шевельнул башней, он стоял дальше всех, и, может, ему досталось меньше ужаса, чем остальным. Пушка, дрогнув, рывками опустилась, наводясь на беснующегося среди техники монстра. К этому моменту все БМП были искалечены, и представляли из себя только груды искореженного металла, грузовики со своим прикрытием неслись прочь к мосту на север, и только танк был в порядке.

Выстрел. Тварь размазывается в воздухе, пытаясь телепортацией убраться с траектории снаряда, но тот все же быстрее. Он ударил под хвост твари, оторвав его к чертям вместе с задней парой лап. Вот только, если это и было болезненно для скреббера, то не сильно сказалось. Закричав очень тонким голосом, переходящим в писк, от которого тут же начала болеть голова, тварь сделал гигантский прыжок в сторону. Танк начал поворачивать башню, ловя уходящую цель, но он не успевал. Телепортация, и вот клешни уже срезали толстый ствол, словно тот был не из лучшей стали, а из тонкой пластиковой трубы. Заорав уже нормально, скреббер принялся крушить своего обидчика, не отвлекаясь больше ни на что.

– Есть шанс, на атаку, – выкрикнул Погорелов. – Следую за сообщением на тактическом экране нолдовского шлема. Глядя на вскрытую филейную часть, лишившуюся брони, умный девайс сообщил, что противник наиболее уязвим.

Ампер подхватил лежащий рядом гранатомет, вскочил на колено, начал наводить ракету на цель. Мгновение, вот компьютер рассчитал наиболее уязвимую точку, которая по стечению обстоятельств оказалась снесенной задницей монстра. Пуск, и полуметровая ракета, маленькая, но убойная, рванула к цели.

Погорелов рухнул на брюхо и схватился за нолдовскую ДЭВ. Рядом уже медленно тянул за спуск своей чудовищной винтовки Мушкет. Все произошло одновременно, ракета угодила в развороченную задницу скреббера, оторвав еще пару метров, превратив ее в ромашку, две винтовки одновременно послали заряды в затылок твари, прикрытый черный антрацитовым капюшоном. Но именно в этот момент тот слегка приподнялся, появилась щель, куда и угодил энергетический заряд, а следом за ним и стальная бронебойная болванка из винтовки Мушкета. Тварь снова запищала, глуша всех вокруг, потом она вдруг вздрогнула и рухнула на танк.

– А говорил, не тебе убить скреббера, – усмехнулся Мушкет. – Мы сделали это.

Но в этот момент туша зашевелилась. Ампер снова приник к прицелу. Он видел, как появился тот самый отросток, из которого шмальнул по бронеавтомобилю неназываемый. Короткая вспышка, и Мушкет, вздрогнув, валится навзничь с развороченной грудью.