— Ничего слишком страшного, не переживай, — с набитым ртом ответил Снегирь, проглатывая очередную порцию чипсов. — Но всех этих порезов было слишком много, а живчика мне не давали. Вот, похоже, организм из себя энергию брал. Регенерацию ведь не остановить движением брови. Это так не работает, — пошарив рукой в пакете, и ничего в нем не найдя, перевернул пакет он потряс им; на пол посыпались лишь крошки. — Уф, вроде немного наелся. Что ты говорил насчет того, что понял механизм и принцип действия даров Улья?

— Это пока теория, я хочу ее подтвердить, но для этого нам нужно найти аптеку или какую-нибудь больницу.

— Ну, если они в этот кластер попали, то найдем, в больнички редко забредают рейдеры, не слишком востребовано, — пожал плечами Снегирь и приложил ладонь к заурчавшему животу. — А нет, не наелся, я вот от чего-нибудь более существенного не отказался бы.

— До конца зала дойди, там холодильники стоят, правда электричество в них кончилось, но вроде времени не слишком много прошло, чтобы все испортилось, — Грубер сверился со списком и вытащил ящик с элитным коньяком. — Вроде этот последний. Сейчас его к другим оттащу и поищем чего-нибудь пожрать, более существенное, как ты выразился, все равно здесь ночь коротать.

— Все так плохо снаружи? — Снегирь посмотрел на плотно закрытые жалюзи на окнах.

— Не знаю, я снаружи только в гробу недалеко от этого магазинчика лежал, так что сложно сказать. Просто… предчувствие странное. Да и элита не дает расслабиться. Здесь он где-то. Кружит вокруг как акула, но почему-то не подходит близко, словно что-то или кого-то ждет. А это неправильно, это странно, и в этом следует разобраться. Вдруг тут снова нимфа куролесит? Тогда ее обезвредим и сваливаем отсюда, мне как-то очень быстро этот стаб «Подземный» надоел, — Грубер остановился и уставился в стену, словно к чему-то прислушиваясь. Ничего не услышав, он покачал головой и направился с ящиком поближе к двери, чтобы было удобно утром перетаскивать ящики в грузовик. Снегирь, подумав, отправился следом. Перетаскивали ящики молча. Когда последний был поставлен прямо напротив выхода, друзья, не сговариваясь, направились к холодильникам, чтобы уже нормально поесть, потому что живчик живчиком, а еда иммунным требовалась как бы не в большем объеме, чем до момента перезагрузки их кластеров. Но, тут, как говорил Снегирь, изменить и отменить ничего было нельзя, это так не работало.

Холодильники представляли собой высокие прозрачные вертикальные витрины, заполненные различным содержимым. Они были открыты и в них явно копались, причем весьма неаккуратно. Возле крайнего Грубер обнаружил свою кошку, которая вытащила пакет с молоком, вскрыла его и теперь периодически лакала, запивая очищенные коктейльные креветки, пакет с которыми был так же вскрыт, как и с молоком.

— А у тебя губа однозначно не дура, — Грубер скептически посмотрел на сибаритствующую кошку. — Еще скажи, что это ты все витрины пооткрывала. И да, у меня не будет креветок, чтобы кормить тебя на постоянной основе.

— Тебе не кажется, что после потребления жемчужины, это животное стало слишком умным? — Снегирь тоже некоторое время смотрел, как ест кошка, которая не обращала на них никакого внимания, а затем пошел в противоположный конец ряда, чтобы, не торопясь, выбрать себе чего пожрать.

— Я в этом практически уверен, — Грубер присел рядом с кошкой и погладил ее по голове, едва успев отдернуть руку от лапы с острейшими когтями, которыми она отмахнулась от своего человека, мешающего ей кушать, и негромко засмеялся. — К тому же эта кошка порвала пустыша, который хотел ею подзакусить, но, как видишь, не вышло. Не удивлюсь, если она эволюционирует в тварь, способную завалить, ну не рубера и не элиту, конечно, но вот лотерейщика или топтуна вполне.