Погорелов ползком добрался до крайнего автобуса и, медленно прикрываясь им, начал красться вдоль забора. Но лимит удачи все же кончился, в высокой траве тяжело заметить всякий хлам, поэтому пивная банка, на которую он наступил ровно посередине, издала привычный звук сминаемой жести. Ампер замер, обреченно вздохнув и подняв револьвер на линию прицеливания, тварь появится от морды автобуса. Дар сейчас высушен до дня, попытка воспользоваться гарантированно отправит в нокаут на десяток секунд, перезарядка занимает примерно часов пятнадцать, так что, сейчас придется по-честному. Ну как по-честному? Влепить пулю в башку лотерейщика, и дальше идти.

Погорелов медленно снял с босой ноги мятую банку, которая оказалась не из-под пива а из-под кваса, и убрав ее в сторону, опустился на колено. Прошла минута, а лотерейщик так и не появился. Похоже, он звук-то услышал, а вот навестись уже не вышло. Постоял, башкой покрутил, и дальше за жрачку взялся, там еще пол туловища точно было.

В поле зрения Ампера попала еще пара тварей. Одна сидела спиной за стеклянной дверью тамбура, ведущего на автовокзал, до нее было метров пятьдесят, она не услышала, как сминалась банка. Второй бегун еще дальше на другой стороне платформы жевал какую-то бабу в черной форме. Возможно, даже сотрудника полиции, поскольку рядом валялась дубинка, а может, сотрудницу ЧОПа. Он тоже не среагировал, да и далеко ему, метров семьдесят.

Ампер поднялся и, сделав шаг в сторону, вышел на асфальт. Пусть чуть шумнее, но он босой, ноги и так сбиты, а если в высокой траве стекло, будет он весело прыгать на одной ноге, пока на свежую кровищу кто-нибудь не подтянется. К счастью, автобус, которым он сейчас прикрывался от лотерейщика, стоял неровно и прикрывал лесенку. Аккуратно ставя ноги, стараясь не выдать себя звуком на железных ступенях, Погорелов взобрался наверх. Картинка с маленькой площадки открывалась фееричная – железнодорожный вокзал горел. Не показалось Амперу, и вправду, когда там появились зараженные, что-то рвануло, типа газового баллона. И вот теперь из распахнутых дверей первого этажа валил дым. На площади живых людей не осталось, только зараженные, много бегунов лишившихся штанов, и лотерейщиков, а еще вполне матерый рубер, который стащил к себе сразу три разодранных тела и гонял от них халявщиков. А вот на путях в вагонах еще кричали люди, там метались серьезные твари, оттуда доносился звук раздираемого когтями железа и бьющегося стекла. Иногда после этого следовал визг и предсмертный крик.

Ампер приоткрыл дверь, закрываться ей не давал старый китайский пластиковый шлепанец. Помещение небольшое, метра три в ширину и пять в длину. Что тут было раньше? Ампер сказать не мог, но сейчас это каморка водителей – промасленные робы в деревянном шкафу у входа, кое-какой инструмент, диванчик, стол, на котором стоит упаковка доширака, от которой еще пар идет. Это все, что Погорелов успел разглядеть за пару секунд в свете открытой двери, до конца помещения свет не доставал.

Он быстро зашел и, выбив тапок, плотно закрыл дверь. Помещение погрузилось во тьму, но как с этим бороться, он уже нашел. Возле шкафа с робами на небольшом верстаке стола автономная лампа, такие любят туристы в походы брать. Сделав три шага вперед, повернуться, шаг направо, рука безошибочно нашарила лампу. Покрутив ее в руках, Погорелов нашел выключатель, теперь хорошо бы она оказалась рабочей.

Яркий свет резанул по глазам, Ампер прищурился и, поставив лампу на стол, огляделся более детально.

– Мужик, ты кто? – раздался голос из дальнего угла комнаты, где стояли какие-то ящики. Человек явно напуган, и присутствие Ампера его нервировало.

– Не дергайся, не поднимая револьвера, – произнес Погорелов. – Я тебе не угроза, если, конечно, дурить не будешь.