Ампер согласно кивнул.

– Хорошее дело. Рин, насколько ты уверена в необходимости этого похода?

Блондинка, закусив губу, посмотрела своими большими серыми и холодными глазами прямо на Погорелова.

– Не могу сказать почему, но просто верь мне, этот поход очень важен для нас с тобой. Именно от того, сумеем ли мы получить награду за него, будет зависеть наша жизнь в этом мерзком мире…

Она замолчала, задумавшись о чем-то своем. Сейчас Ампер отдал бы свой ТКБ, весь жемчуг и горох, оставшийся в сейфе, только ради того, чтобы заглянуть в ее мысли.

– Просто верь мне, – встрепенувшись, произнесла она и устроила голову у него на плече.

– Верю, – ответил Погорелов, целуя ее в губы.

Они сами не заметили, как задремали, стук в дверь вырвал их из объятий Морфея.

– Эй, пора на ужин, – раздался из-за двери голос Мушкета. – Андрей во всем своем нарциссизме будет речь толкать, и нуждается в слушателях.

– Может, ну его нахрен? – громко произнес Ампер.

– Нет уж, – отозвался Мушкет, – вся команда будет внимать отцу родимому, который в своем величии решил указать нам путь, – снайпер при этом тихо рассмеялся. – Вы не избранные, так что через десять минут жду вас в столовой.

– Идем, – нехотя поднимаясь и оправляя немного смятый камуфляж, отозвался Леонид.

Пафосные речи представителя института его бесили, как впрочем, и всех остальных, они были долгими, нудными и полными патетики. Но что делать? Кто платит, тот и заказывает музыку.

Они едва не опоздали, их «лидер» уже стоял с бокалом шампанского в руке, но монолог еще не начался. Он довольно приветливо улыбнулся опоздавшим и, дождавшись, когда они займут места за своим столом, по отечески обвел взглядом собравшихся.

– Вот и настал крайний день. Через несколько часов мы все с вами уйдем в неизведанное, чтобы расширить горизонты наших знаний о Стиксе. Наш путь будет труден…

Ампер подавил зевок, голос Андрея обволакивал, погружая его в сон, и Погорелов не мог себе отказать в этом, он умел спать, стоя, с открытыми глазами, прямо на построении. Этот бесценный дар остался у него со срочной службы. Вот и сейчас, отрешившись от речей главного местного замполита, он легко перешел в состояние дремы.

Разбудили его через десять минут мощные аплодисменты, вот в их искренность он верил безоговорочно, так собравшиеся благодарили оратора за то, что тот заткнулся. У бывшего прапорщика на мгновение даже появилось желание вскочить и заорать: «БРАВО, БИС!». Но он сдержался, он-то покемарил, а вот остальные были вынуждены слушать.

– Ампер, ты наглая скотина, – прошипела Рина с завистью. – Ты опять уснул и бросил меня.

– Извини, ничего не могу с собой поделать, этот оратор вгоняет меня в сон, – повинился Погорелов. – Он сказал что-нибудь интересного?

Блондинка покачала головой.

– Давай есть, и марш в койку, у меня на тебя большие планы.

– Да, повелительница моего сердца, слушаюсь и повинуюсь. Надеюсь, я смогу заслужить твое прощение за свое неподобающее поведение…

Желчный Тис, сидевший справа от Ампера, едва сдерживался, чтобы не заржать, его буквально разрывало от желания, но получить локтем в нос ему хотелось гораздо меньше. Выручил его Мушкет, который ляпнул какую-то глупость, спасая нос Тиса от гарантированного перелома.