— Ну вот, пять! Неужели так трудно следить за порядком! — возмущенно бурчал Стейнар Собака, в очередной раз заметив труп, перекрывающий сточную канаву. По его приказу двое легковооруженных потащили труп в сторону. Там уже собралась небольшая груда. Хродвальду было непонятно, чем поможет уборка, ведь кровь не вода, и все равно застывала на камнях. Хотя, конечно, если её слишком уж много, то лучше оставлять места, куда ей можно течь. Ночью, когда все новые и новые люди севера входили в город, стараясь успеть взять и себе добро, в некоторых местах улицы были скользкими от крови, и по ним было трудно ходить.

Людей уже собралось достаточно, но Хродвальд, хоть и обявил созыв тинга, не торопился объявлять его открытие. Ведь его никто не выбирал законоговорителем. Может он не нравится людям? Лучше узнать это перед тем как действовать.

Тем более, что люди пришедшие на тинг, были совсем не те, к которым привык Хродвальд. Конунги, ярлы, даже богатые бонды — почти всегда были в какой то степени родней друг другу. О любом человеке можно было многое узнать — ведь он рос и жил на виду. Среди других таких же. И уж хоть одного знакомого, который знаком и с тем про которого надо узнать, ярл бы смог найти. Но сейчас все изменилось. Хродвальд вдруг понял, что не знает очень многих людей. Вот тот же Стейнар Собака. Просто бонд, которого нужда заставила снарядить кнорр, и явиться во главе небольшого и плоховооруженного отряда на юг, продав свой меч за еду. Хродвальд бы не удивился, если бы узнал что половина пришедших с ним людей была рабами, согласившимися на поход в обмен на свободу.

Но теперь Стейнар, не просто ворчливый старик, следящий за чистотой улиц. Этой ночью он захватил, и удержал за собой несколько складов в порту, в том числе и с продовольствием, и как шепнул Вальдгард, с Стейнара сейчас не меньше двух сотен мечей.

А вон стоит тот самый воин в изрубленном шлеме, который не смог защитить Торвальда. Грим Баран, который до этого славился лишь своим упрямством. Он потерял своего конунга, и вроде свободен от клятв. Его раны, кстати, не помешали ему ночью пробиться через весь город к порту, и с несколькими другими отчаянными хирдманами, захватить десяток толстобоких южных торговых кораблей. И теперь он может перевезти на север добра больше, чем все драккары ярлов.

Это были новые люди, люди с которыми надо было вести себя осторожно. Люди, которых надо было слушать.

— Эй Хродвальд — крикнули в толпе — Свен Синий спрашивает, долго ли ты будешь, молчать. Говори, раз уж ты собрал нас здесь! У нас есть дела, знаешь ли!

Люди засмеялись. Хродвальд решил что это хороший знак. Он вышел на середину, и встал на заботливо подставленный кем-то бочонок.

— Кто помнит наш договор с королем Светой? — строго спросил Хродвальд. Люди притихли. Вальдгард крикнул:

— Я!

— И как же он звучит? — задал Хродвальд заранее оговоренный вопрос. И Вальгард зычным голосом ответил:

— Мы бьемся с его врагами до победы, или одно большое сражение! За это он отдает нам землю, и любой город что мы сможем взять!

— Выходит, это наш город! Это та земля, что мы обещали Брагги! — закричал Хродвальд.

Люди вокруг некоторое время молчали… А потом раздались несмелые голоса:

— Ты что же, предлагаешь остаться тут?

— Ну а как бы ты думал вывезти все добро? Не иначе как за три ходки не управиться, даже с южными кораблями.