– И уверяю вас, для несговорчивых иностранцев там очень неподходящий климат, – заметил Массард.

– Ну перестань дурачить людей, – сказал Питт, посмотрев на Джордино. – Открой ему правду.

Джордино повернулся и бессмысленно уставился на Питта.

– Ты с ума сошел!

– Ты, может быть, и устоишь под пытками. А я не смогу. От одной мысли о боли меня тошнит. И если ты не расскажешь генералу все, что он хочет знать, я сам расскажу.

– Твой приятель разумный человек, – одобрительно кивнул Казим. – И благоразумно было бы прислушаться к нему.

В ту же секунду недоумение исчезло из глаз Джордино, сменившись выражением дикой злобы.

– Ах ты, грязный подонок! Предатель!

Оскорбительные разглагольствования Джордино были резко прерваны, когда Казим своим пистолетом смазал ему по лицу, до крови рассадив подбородок. Коротышка, пошатываясь, сделал два шага назад, а затем прыгнул вперед, как обезумевший бык. Казим поднял пистолет и навел его между глаз Джордино.

Питт, которому весь сценарий скомкал бурный темперамент Джордино, похолодел от страха. Он быстро шагнул к нему, схватил за руки и завел их за спину.

– Успокойся, бога ради!

Массард незаметно нажал кнопку на небольшой панели у кушетки. И, прежде чем кто-нибудь успел что-то сказать или сделать, в кабинет ворвалась небольшая армия вооруженных охранников. Они всем скопом обрушились на Питта и Джордино, придавив их к полу. Едва глянув на эту лавину, Питт сдержался и позволил повалить себя без всякого сопротивления, зная, что это безнадежно, озабоченный лишь сохранением сил. Джордино дергался, как сумасшедший, изрыгая потоки угроз и брани.

– Уведите этого обратно в трюм, – закричал Массард, поднимаясь на ноги и указывая на Джордино.

Питт ощутил ослабление давления, когда охранники сосредоточились на борьбе с Джордино, пытаясь подчинить его. Один из них, покрутив короткой дубинкой, сделанной из гибкого кабеля, треснул Джордино по шее позади уха. Крякнув от боли, тот сразу утратил желание сражаться дальше. Он обмяк и упал, охранники подхватили его под мышки и выволокли из комнаты.

Казим указал пистолетом на Питта, все еще лежащего на полу.

– Ну а теперь, коли ты пытке предпочитаешь разговор по душам, почему тебе для начала не назвать свое настоящее имя?

Питт повернулся боком и сел.

– Питт, Дирк Питт.

– Я могу быть уверен?

– А чем вам не нравится это имя?

Казим повернулся к Массарду:

– Вы их обыскали?

Массард кивнул.

– У них не было ни удостоверений личности, ни каких-либо других документов.

Казим с гримасой отвращения уставился на Питта:

– Может быть, ты просветишь меня, почему вы въехали в Мали без паспортов?

– Нет проблем, генерал, – торопливо заговорил Питт. – Мой товарищ и я – археологи. У нас контракт с одним французским фондом – исследовать реку Нигер на предмет древних кораблекрушений. Наши паспорта сгорели после того, как один из ваших патрульных кораблей обстрелял нас, и на судне начался пожар.

– Нормальные археологи после двух часов нахождения скованными в такой парилке уже бы хныкали, как глупенькие детишки. А вы, ребята, слишком выносливы, бесстрашны и самонадеянны, чтобы быть кем-то другим, кроме как тренированными вражескими агентами...

– С каким фондом? – вмешался Массард.

– С Обществом французских исторических исследований, – ответил Питт.

– Никогда не слышал о таком.

Питт беспомощно развел руками:

– Ничего другого я не могу сказать.