Она лишь рукой махнула.

– Мне интересно, есть ли здесь нечто большее, чем желание уничтожить последнего представителя знатного старинного рода?

– Быть может, наследство?

Она молча кивнула и, встав со скамьи, подошла к арочному проему окна. Сейчас она стояла в профиль к Тому, и луч солнца высвечивал ее длинные ресницы, лоб и изящную линию губ.

– Множество обширных поместий стало собственностью Республики. Быть может, Эмиль хочет, чтобы шато, виноградники и земли де Жюно достались ему одному? Если впрямь не останется других наследников, кроме революционера Эмиля, терпевшего в прошлом притеснения со стороны этого семейства, думаю, что Конвент решит дело в его пользу. Эмиль ведь с легкостью сможет пообещать, что будет делиться доходом с теми; кто обрабатывает отданные в его распоряжение земли. А потом со свойственным ему коварством, оставить большую часть этих доходов себе.

– Софи, ты говоришь так, будто лично с ним знакома.

– У меня было немало времени поразмыслить о нем и попытаться понять мотивы, которые могли вызвать такую ненависть к семейству графа. Мне кажется, что в основе всего зависть и алчность. Как и все, Эмиль прекрасно понимает, что рано или поздно смутные времена во Франции закончатся, и положение в стране стабилизируется. Быть может, пройдет еще немало лет, прежде чем эмигранты смогут вернуться на Родину. Но графиня сказала мне, что Эмиль человек еще молодой. Не удивительно, что он с таким упорством борется за богатое наследство. В случае если Антуан вернется на родину, Эмиль теряет все. – Софи закрыла лицо руками. – До сегодняшнего дня я предпочитала не произносить имени своего врага, и это позволяло мне держаться от него на некотором безопасном расстоянии. Но теперь он уже слишком близко и обретает реальную плоть и кровь. И если я боялась его прежде, то теперь боюсь в тысячу раз сильнее.

Том поднялся со скамьи, но у него хватило самообладания не подходить сейчас к Софи. Ей явно было сейчас не до его лобзаний. Он просто попытался успокоить ее, переубедить.

– Пойми, что враг твой до сих пор не знает, где именно находишься ты и твой мальчик. Он не может искать тебя в открытую, так как боится, что его узнают. А это значит, что ему, как минимум, придется обыскать всю Англию. Помни, что преимущество на твоей стороне. Не сомневаюсь, что в скорости он оставит свою затею и вернется во Францию.

– Но это лишь может отложить развязку. Я никогда не перестану его бояться. – Софи вновь повернулась к Тому. – В Лондоне вы рисковали жизнью ради меня и Антуана… Я…

– Точно так же, как и вы рисковали сегодня своей ради меня.

Она лишь рукой махнула, показывая, что тут и сравнивать нечего.

– Все это означает, что мой долг перед вами растет с каждым днем. Но сейчас я могу лишь отплатить вам тем, что ни за что не выдам местным властям вашу связь с контрабандистами.

– Этого вполне хватит, но мне хотелось бы большего.

– Нет! – Софи подняла руку, не приемля все, что он может сказать дальше. – Прошу не путать мою благодарность с воображаемыми вами определенными чувствами с моей стороны.

– Нет смысла об этом спорить, – сухо заметил он. – Через несколько часов я покину Брайтон. Но я вернусь, лишь только строители наведут здесь порядок. Похоже, эта галерея относилась ко времени постройки здания. Мне жаль, что так вышло, и я благодарен судьбе, что вы не пострадали…

– О, это был своего рода опыт, – весело заметила она.

– Не дай Бог, чтобы он повторился. Галерею надо будет снести в первую очередь.

– Вы сделаете новую?

– Да… И, кстати, я оставляю Звездочку в конюшне миссис Ренфрю, так что вы вольны пользоваться ею, когда вам заблагорассудится.