Не чуя ног под собою, дамы выбежали на Замковую площадь. У западного фасада Морского Павильона регулировщики, махнув флажками, направили соревнующихся в узенький переулок, выходивший на Стайни, к месту финиша. Вконец запыхавшаяся кружевница к этому времени уже выбыла из соревнований, а официантка, поскользнувшись, растянулась на булыжной мостовой. Приближаясь к переулку, и Софи, и Эми как следует прибавили ходу. Внезапно мадемуазель Делькур сообразила, что ныряльщица намеревается ее обогнать и благодаря своему грузному телу блокировать дорогу в узком переулке другим участницам. А тем временем в гонке лидировали не отстававшие друг от друга ни на шаг модистка и рыбачка. Эми стала вырываться вперед. Но Софи не давала ей себя обогнать. Модистку и рыбачку им удалось оставить, позади, но тем не менее до узенького переулка оставалось всего лишь несколько ярдов. Софи рванулась вперед изо всех сил. Она должна была вбежать в переулок раньше Эми, в противном случае ее шансы на победу были равны нулю. Похоже, ныряльщица это тоже очень хорошо понимала. Совершенно неожиданно она с силой отпихнула Софи с дороги. Столкнувшись с бежавшей за нею вслед участницей, девушка упала на мостовую. Находившиеся поблизости зрители взревели от негодования по поводу неблаговидного поведения ныряльщицы и стали всячески подбадривать продолжавшую гонку Софи. Однако момент был упущен, и Эми уже находилась в узком переулке, перекрывая своей грузной тушей проход кому бы то ни было.

Набрав скорость, Софи внимательно следила за тем, когда Эми выбежит из переулка на финишную прямую. Улучив нужный момент, француженка низко нагнула голову и, пулей пронырнув под рукой соперницы, возглавила забег. Крещендо обрадованных возгласов разнеслось по округе в момент, когда Софи пересекла финишную черту и, вконец запыхавшаяся, остановилась перед самим принцем Уэльским. Второй была Эми, за которой плотно следовали остальные участницы. Принц поздравил Софи.

– Отлично пробежали, мадемуазель Делькур, кажется. Я уже прежде беседовал с вами, не так ли?

Он очень гордился своей феноменальной памятью на лица и в особенности на такие очаровательные, как у этой уроженки Парижа.

– Да, ваше высочество, это было в «Старом Корабле», когда я несла поднос с солонками.

– Я помню. Вы прекрасно пробежали дистанцию, мадемуазель. Ну кто бы мог подумать, что повариха будет первой?! Позвольте мне вручить вам справедливо заслуженную вами награду.

И он протянул ей тугой кошелек.

– Что до новых туфель, то можете выбрать любые у башмачника на Грейт-стрит.

Софи сделала изящный реверанс.

– Благодарю вас, сир.

С весьма озабоченным видом вперед вышла миссис Фицхерберт.

– Ваша нога сильно кровоточит, мадемуазель. Вам необходимо срочно оказать помощь. Следуйте за мной, сейчас мы вашу ножку промоем и сделаем перевязку.

Осознав, что эта благородная дама намеревается увести ее в Морской Павильон, Софи в нерешительности остановилась. Бросив взгляд на свою ногу, она поняла, что кровотечение нешуточное.

– Я вам все ковры залью, мадам.

– Ну что ж поделаешь.

Миссис Фицхерберт обратилась к одному из конюхов принца, спешно вызвавшему из Морского Павильона двух лакеев. Один из них намотал чистое полотенце на ногу Софи, которая вдруг очень сильно разболелась. Сделав из своих рук нечто вроде носилок, они пронесли ее через стеклянную дверь в небольшую комнату с яркими голландскими натюрмортами на фоне обитых шелком цвета слоновой кости стен. Девушку опустили в кресло, и уже ожидавшая ее экономка поставила застеленную полотенцем табуретку под поврежденную ногу Софи.

Вскоре горничная принесла корзину с бинтами и всем необходимым, в руках появившейся вслед за ней служанки был тазик с теплой водой.

– Что, сильно порезалась? – спросила миссис Фицхерберт у экономки.