— Помилуйте! — вскричал дон Гутьерре, стукнув кулаком по столу. — Бежать, конечно, и как можно скорее!

— Отлично! Я придерживаюсь того же мнения, и теперь нам остается только решить, как лучше осуществить наше намерение.

Они подсели поближе друг к другу и стали совещаться. Совещание длилось довольно долго, но, в конце концов, французу все-таки удалось склонить на свою сторону не только племянника, который оспаривал лишь некоторые частности его плана, но и более упрямого дядю.

Затем, чтобы обмануть бдительность шпионов, дон Луис взял на себя все приготовления к отъезду, который должен был состояться на рассвете.

Оба бандита, с которых француз не сводил глаз, постоянно держа при себе из опасения, что они немедленно раскроют его план врагам, вместе с ним покинули город в тот же вечер и остановились на ночлег на одном постоялом дворе, расположенном по дороге в Гвадалахару, куда вслед за ними утром на следующий день прибыл и дон Гутьерре с дочерьми.

Маленький отряд, состоявший всего из семи человек, галопом помчался к Гвадалахаре, где их должны были встретить пеоны с багажом и четверо охотников, нанятых Луи Морэном.

Вечером они остановились в десяти милях от Мехико в покинутом ранчо. Дон Луи хотел совершить длинный переход именно в первый день, чтобы сбить с толку своих врагов, которые могли пуститься по их следам.

В эту минуту, когда бандиты закутывались в плащи, собираясь ложиться спать, француз подошел к ним и, хлопнув одного из них по плечу, сказал без обиняков:

— Послушайте, негодяи, я прекрасно знаю, что вы пытаетесь вести двойную игру… Берегитесь, со мной это опасно!.. Дон Мигуэль обещал вам такую сумму, которая способна прямо-таки превратить вас в богачей, ну, а я, при первой же вашей попытке к измене, обещаю убить вас, как собак… Вы меня понимаете, надеюсь?

Бандиты попытались было оправдываться.

— Молчать! — повелительным тоном воскликнул француз. — Я ведь с вами не спорю, а только предупреждаю вас!.. Еще раз повторяю, берегитесь!.. Не забывайте, что я всегда держу свое слово, а затем, покойной ночи!

И он, отвернувшись от них, улегся возле своего друга. На следующий день оба бандита исчезли, прихватив с собой одного мула, навьюченного багажом.

— Счастливого пути, — сказал дон Луис. — Теперь, по крайней мере, у меня не осталось никаких сомнений, и при первой же встрече мы сведем с ними счеты.

В этом зеленом океане пытливый взгляд человека различает также обширные пустыни, равнины или саванну, где выбеленные солнцем скелеты людей и животных указывают тропу, по которой двигаются караваны эмигрантов, оставляя после себя такую же печальную память; саванны сменяются прериями, перерезанными извилистыми реками, или непроходимыми лесами с роскошной растительностью, в чаще которых таятся кровожадные хищники и где человеку приходится топором прокладывать дорогу; то вдруг дорогу путешественнику преграждает беспорядочное нагромождение гор с седыми, прячущимися в облаках вершинами и узкими тропинками, пролегающими над бездонными ущельями. Время от времени пейзаж оживляют пасущиеся на свободе стада бизонов, табуны диких лошадей антилоп и лосей, словно бы вовсе не опасающихся соседства с ягуарами, с красными луговыми волками, пумами и серыми медведями, на которых охотятся индейцы, такие же свирепые и кровожадные, как и хищные обитатели пустыни.

Вот в этой-то пустыне, простирающейся от Пасо-дель-Норте до Верхней Калифорнии и Орегона, мы находим наших путешественников спустя тридцать дней после бегства из Мехико.

Вечер. Караван с трудом взбирается по узкой тропинке на вершину крутого берега Рио-Гранде-Браво-дель-Норте.