— Отлично, хозяин!

Фераго пригнулся и юркнул за камень. Через минуту Гнилоух уже вовсю храпел, влажная накидка защищала его от ночного ветерка, обдувающего побережье.

Весь день после обеда Форгрин точил свой меч, а Рванохвост то и дело поигрывал острой пикой. И вот они поползли по камням к укрытой накидкой фигуре, лежавшей на большом камне около линии прибоя. Форгрин был посмелее, он первым высунулся из укрытия и тут же нырнул назад:

— Смотри, нет ни одного часового. Я говорил тебе, что теперь Клитч все возьмет в свои лапы.

Рванохвост кивнул лису:

— Слушай, дружище, я что-то боюсь. Как думаешь, Фераго не проснется?

Форгрин попробовал лезвие меча и усмехнулся крысе:

— Эх, скольких я порешил этой игрушкой. Надо его кончать, пока ты совсем не струсил.

Не осмеливаясь даже вздохнуть, они подобрались вплотную к спящей фигуре. Форгрин почувствовал прилив смелости. Поднявшись, он не сумел подавить в себе желание воскликнуть:

— Убирайся откуда пришел, проклятый горностай. Убирайся! — И рубанул мечом.

Лежавший под накидкой издал невнятный вздох и замер. Рванохвост нанес два сильных удара дубинкой по его голове.

— Он сдох, приятель? Дай-ка ему еще разок! — сказал лис Рванохвосту.

— Сдох, сдох. Незачем бить еще, — ответил кто-то. Это был голос Фераго! В то же мгновение, коротко застонав, Рванохвост умер, ибо Фераго ударил его ножом. Форгрин задрожал. Голубые глаза смотрели на него почти весело.

— Видишь, мы с тобой убили по крысе. Ты убил Гнилоуха, а я — Рванохвоста. А теперь ты убьешь горностая или я убью лиса.

Ужас лишил Форгрина дара речи. Булькающий звук вырвался из его горла, он повернулся и бросился наутек.

Фераго не было равных в метании ножа. Длинный кинжал вонзился Форгрину между лопаток, тот не успел пробежать и тридцати шагов.

Урт Полосатый, стоя на вершине горы вместе с Сапвудом и Бычеглазом, наблюдал за происходящим. На берегу вереница факелов двигалась прочь от Саламандастрона. Сапвуд кивком указал на них:

— Как думаешь, куда они теперь? Бычеглаз стоял облокотившись на копье.

— Похоже на отступление, а? Барсук покачал головой:

— Фераго не уходит просто так. Он хочет обмануть нас. Сапвуд, пойдешь за ними с Бычеглазом. Возьмите с собой еще кого-нибудь помоложе, на случай если придется передать мне что-либо срочное.

Сержант Сапвуд отдал честь:

— Нет никого быстрее Денежки, владыка. Она и пойдет с нами.

Клитч спрятался среди камней, внимательно наблюдая за горой. С ним было шестьдесят солдат, лично им отобранных. Молодой горностай не сводил глаз с Саламандастрона, объясняя свой план:

— Когда они увидят, что войско отступает, их это озадачит. Барсук сделает то, что на его месте сделал бы любой, — пошлет своих зайцев на разведку. Тут-то все и начнется. Я хочу, чтобы вы захватили этих зайцев, причем живьем. Мертвый заяц для меня бесполезен, мне нужен живой заложник. Сети готовы, Мокрохвост?

Костлявый хорек указал на берег:

— Готовы, Клитч. Прямо на тропинке, ведущей к нашему войску.

Клитч поднял лапу, призывая к молчанию:

— Тихо, идут зайцы. Их трое.

Бесшумно ступая по песку, зайцы следовали по тропинке, по которой удалялось вражеское войско.

Клитч расставил своих солдат широким полукругом. Чиркнув кресалом, он зажег факел и помахал им. По этому знаку перед зайцами внезапно появились шестьдесят его воинов. Они замкнули кольцо, которое быстро сжималось.

Сапвуд встал в бойцовскую стойку, его глаза воинственно засверкали.

— Очень мило с их стороны послать нам навстречу делегацию, а, Бычеглаз?

Бычеглаз встал с ним спина к спине, поставив Денежку лицом к Саламандастрону.