Каждый шаг отдавался внутри шлема, точно удар грома, пока Дак'ир с опаской приближался к центру храма. На ходу Саламандр посматривал по сторонам, следя за глубокими тенями, что прятались в нишах зала. Переключая зрение в оптических диапазонах при помощи имплантированной оккулобы в сочетании с технологиями линз боевого шлема, Дак'ир хотел удостовериться, что там не таится никакая опасность.

На расстоянии вытянутой руки от коленопреклоненного магоса он остановился. Напрягая слух, Дак'ир уловил, что молящийся что-то неразборчиво шепчет. Вблизи дрожь в теле магоса стала явственнее, но было ли тому причиной близкое расстояние, или существо каким-то образом ощутило его присутствие, Дак'ир не мог сказать наверняка.

— Повернись, — приказал он негромко. Вполне вероятно, что магос находится в каком-то трансе или глубокой медитации. Быть может, он сошел с ума и теперь пребывает в состоянии некоего кататонического ступора, как предположил Емек. Как бы то ни было, Дак'ир не хотел бы его вспугнуть.

— Не бойся, — прибавил он, так и не дождавшись ответной реакции. — Мы Астартес Императора. Мы здесь, чтобы спасти тебя и твою команду. Повернись.

По-прежнему ничего.

Дак'ир взялся за рукоятку плазменного пистолета, пока еще — в кобуре, и вытянул руку с выключенным цепным мечом.

Едва клинок коснулся темно-красного облачения, как магос развернулся, — точнее, к незваному гостю, осквернившему святость храма, развернулся, как на шарнире, лишь его торс.

— Отбрось надежду всяк сюда входящий… — пролаял магос скрипучим механическим голосом. Фраза, которую он повторял шепотом, теперь наконец прозвучала внятно.

Слова Кадая из видения ударили Дак'ира словно молотом, так что он едва не отшатнулся.

Магос снова и снова повторял фразу, все быстрее и быстрее, все выше и громче, пока голос его не превратился в неразборчивый вой. Дак'ир, защищаясь, выставил перед собой меч и отступил на шаг назад.

Раздался звук рвущейся ткани: одежда магоса на спине лопнула, и оттуда выскочили две механические руки, похожие на жвалы какого-то насекомого. На конце одной со стрекотом ожило цепное лезвие; на другой — завизжала вибропила. Бескровная холодная кожа магоса, прошитая проводами и металлом, была похожа на кожу мертвеца. В невидящем взоре не было ни сожаления, ни ярости — лишь одна незатейливая задача: уничтожить нарушителей.

Изо рта магоса, точно дразнящий язык из холодной и темной щели, высунулся патрубок. Это был кончик запальника, из которого выскочил тонкий язычок пламени.

Дак'ир закрылся свободной рукой как щитом, и его окатило волной палящего жара. На внутришлемном дисплее предупреждающе подскочили индикаторы излучения. Продолжая двигаться, Дак'ир вслепую отбил мечом неожиданный выпад вибропилы. Цепное лезвие магоса остановить было уже нечем, и оно жадно проскребло зубьями по левому наплечнику, высекая искры. Затем отскочило назад и снова ринулось вперед.