Итак, в катастрофе выжила Лиза-Роза, а не Эмили. Это можно считать твердо установленным. Что же до остального…

Кто выкопал могилу на склоне горы Мон-Террибль? Находился ли в ней детский браслет? Кто там был похоронен — собака или ребенок? И чей ребенок?» Вопросы толкались в мозгу, наползая один на другой. «Гран-Дюк не нашел ответа ни на один из них. Кто убил Гран-Дюка? Зачем? Кто убил Пьера Витраля?

Где Лили?»

Тишину вагона разорвал яростный крик.

Вопль сумасшедшего.

Вернее, сумасшедшей. Мальвина!

Марк бросился в конец вагона, пока мужчина, шнуровавший ботинки, его не опередил. Мальвина сидела, забившись в дальний угол купе, и рыдала. Ее рука бессильно свисала с сиденья, как у самоубийцы, перерезавшего себе вены.

Она посмотрела на Марка взглядом, исполненным мольбы и безмолвного призыва на помощь.

Марк опустил глаза. На полу у ног Мальвины валялся разорванный голубой конверт. Белый листок лежал рядом с ней на сиденье.

Марк все понял. Должно быть, конверт выпал у него из кармана, пока он боролся с Мальвиной. Мальвина не сдержалась и вскрыла письмо. И нашла в нем листок с результатами анализа ДНК. Выходит, бабка ни о чем ей не сказала? Иначе что могло вызвать подобный приступ отчаяния?

Марк протянул руку и схватил листок. На бланке отдела криминалистики научно-технического подразделения полиции города Рони-су-Буа было напечатано всего несколько строк. Ровным счетом — шесть.

УСТАНОВЛЕНИЕ РОДСТВЕННЫХ СВЯЗЕЙ

между Эмили ВИТРАЛЬ (образец № 1, партия 95-233) и Матильдой де КАРВИЛЬ (образец № 2, партия 95-234)

между Эмили ВИТРАЛЬ (образец № 1, партия 95-233) и Леоном де КАРВИЛЕМ (образец № 3, партия 95-235)

между Эмили ВИТРАЛЬ (образец № 1, партия 95-233) и Мальвиной де КАРВИЛЬ (образец № 4, партия 95-236)

Ниже располагалась еще одна строчка.

Результат отрицательный. Полное отсутствие признаков родственной связи. Степень достоверности — 99,9687 %.

Листок выпал у Марка из рук.

Лили не имела никакого отношения к семейству Карвилей. Значит, Лиза-Роза умерла. А выжила Эмили. У них с Марком — общие гены. Они — дети одних родителей. Они — одной крови. Вопреки его внутреннему убеждению, вопреки тому, что внушало ему сердце, чувство, которое он испытывал к своей сестре, было мерзостью и проклятием.

47

2 октября 1998 г., 18.28.

Марк медленно шел вдоль порта. Железнодорожный вокзал Дьеппа от квартала Полле отделяло расстояние примерно в километр. В небе, высоко над головой, кривлялась насмешливая рожа китайского дракона. Можно подумать, эта тварь специально разогнала тучи, чтобы подразнить Марка и внести свою лепту в атмосферу безумия, сгущавшуюся вокруг него.

Марк ускорил шаг. Он сгорал от нетерпения поговорить с бабушкой. Из головы не шли результаты теста ДНК. У них с Лили — общие гены! Он не мог заставить себя в это поверить. Чего стоит несчастный клочок бумаги против его глубочайшей убежденности в обратном? Научная экспертиза? Ерунда!

Нет, кричал в нем внутренний голос.

Лили — не сестра ему!

Он шел мимо скромного вида яхт, смирно замерших спиной к морю. На террасах многочисленных кафе были заняты все столики. Как обычно, гости, съехавшиеся на фестиваль воздушных змеев, не отказывали себе в удовольствии полакомиться мидиями с жареным картофелем, — по этой части Дьепп всегда успешно конкурировал с популярными ярмарками фламандских городов. Дойдя до подъемного моста, связывающего остров Полле с остальной частью города, Марк замедлил шаги. Мальвину он бросил в вагоне поезда, забрав с собой листок из лаборатории криминалистики с результатами анализа. Мальвина не протестовала. Она вообще не пошевелилась, замерев в позе эмбриона в углу купе.

Возле дверей ресторанов толпился народ.