Loading...
Изменить размер шрифта - +
Из проломов в стене воняло сыростью и застарелой гарью. Сооружения вокруг, да и сам порт казались вымершими. Шорох подошв тонул в туманной тьме. Ни звука, только откуда-то из-за города доносился смутный гул едва слышной канонады — фронт не спал.

Передохнули на углу, среди исковерканных металлических конструкций. Толкунов в бинокль разглядывал двухэтажное, вроде бы уцелевшее, здание.

— Вроде оно, заводоуправление. А там «литейка». Точно вышли.

— Как по нотам, — согласилась Катрин. — Главное, чтобы и искомая посудина на месте оказалась.

— Сверху определимся, — решил Толкунов. — Вот к тому корпусу, потом к пирсам повернем.

— Товарищ старший лейтенант, а вы мне винтовочку не доверите? — поинтересовалась Катрин. — Уж очень я налегке, как-то даже неудобно.

— Ты, Катюша, девушка, тебе положено налегке гулять, — прошептал Толкунов. — Только без обид. Мне стрелять, мне и нести. Так спокойнее будет.

— Полное спокойствие может обеспечить только Госстрах, — проворчала Мезина. — Нужно было мне сумочку прихватить. Помада, пудреница, карандашики с тенями. Ненормальная я девушка.

Она глянула на подопечного, и Женька поспешно замотал головой — вещмешок с толовыми шашками он отдавать не собирался. Потом самому придется бесполезного туриста изображать.

Группа перебежала к выгоревшему остову кирпичного корпуса. По пути обнаружилось, что живые люди в порту все-таки имеются — потянуло печным дымком и чем-то съестным. За плотно занавешенным окном приземистого строения угадывался слабый свет.

Командир и Катрин забрались в разрушенный корпус. Женька с бойцами остался снаружи. Смершевцы выставили стволы автоматов.

— Дрыхнут фрицы, — прошептал Миша-Махсун. — Даже часовых нет. Не боятся.

— Здесь не немцы. Румыны засели, — возразил радист. — Я ихнюю мамалыгу с километра учуять могу.

— Отставить разговоры! — из дверного проема высунулся Толкунов. — Внутрь, и поживей!

 

Спецгруппа прибыла на место.

Женька взобрался по остаткам ступенек на второй этаж. Катрин сидела у окна, разглядывала в бинокль пирсы. Поблескивала вода, тянулся туман. Неподвижно замерли суда у причалов, торчал борт затопленной баржи. Подальше от берега виднелись надстройки еще какого-то затонувшего судна. У пирса покачивались два катера, буксир. Топтался часовой, прятал нос в вороте шинели.

— Наше корыто вроде там, справа, стоит, — прошептала, не оглядываясь, Катрин.

Женька разглядывал цель. Да, это должен быть именно «Жиу». Катер-тральщик, несчастных 175 тонн водоизмещения, постройки 1926 года. Единственный пулемет на баке — вон он, под чехлом красуется. По сути, в данный момент это никакой не тральщик, а разъездной катер. Капитан-лейтенант фон Миттель, наверное, где-то рядом отдыхает, вряд ли прямо на борту ночевать остался.

— Уверена, что именно это и есть «Жиу»? — прошептал Толкунов. — Или он в середине стоит? Названий не видно, номеров не видно.

— У второго корыта спарка на корме установлена. Буксир не в счет. Так что ближний «дредноут» под описание куда точнее подходит, — заметила Катрин. — Начнем с него. Что нам потом мешает всю флотилию прошерстить?

— Шутишь все? — пробормотал старший лейтенант. — Пора бы и серьезность проявить. Самое время…

 

Устроились на втором этаже цехового корпуса — там сохранились перекрытия. Радист развернул рацию, Женька помог закинуть грузик с антенной на провисшие остатки кровли.

В порту по-прежнему стояла тишина, замерли высокие скелеты кранов, лишь вода жила, сонно катила волны сквозь рассеивающийся туман.

Быстрый переход