- Чего орёшь? - спросил этот кто-то.

- Ты чего, урод, с ума сошёл?! - заорал Пушков. - Вытащи меня немедленно, паскуда. Ты за это ответишь!

- Отвечу, Гена, отвечу, - спокойно пообещал Санитар. - Только попозже, а сейчас тебе пора ответить. Каждому свой черёд и своё время. Придёт мой черёд и моё время, и я отвечу. И то, что я сегодня сделаю - мне зачтётся.

- Да ты что, мужик?! Сдурел?! - заорал Пушков. - Вынь меня сейчас же! Чего я тебе сделал?!

- А я не за себя стараюсь. На мне свет клином не сошёлся. Ты думаешь, я тебя зря на кладбище привёз? Ты ничего вспомнить не желаешь? Ты думал, что нет на тебя суда, что с тебя не спросят, да как видишь - ошибся.

- Чего ты хочешь? Хочешь денег? Я дам, я всё отдам. Ты слышишь? Ты погоди, я всё объясню...

- Ты мне не интересен, - отмахнулся Санитар. - Ты молись, пока я тебя закапывать буду. У тебя много времени будет. Молись, и вспоминай.

Он копнул лопатой землю и бросил на Пушкова. Земля попала прямо ему в лицо, забила рот и глаза. Он вывернулся, закашлялся, и кое-как сел, но встать не удалось, мешали верёвки, которыми ноги были стянуты с руками.

- Ты не сделаешь этого! - закричал Пушков.

- Ты так думаешь? - усмехнулся Санитар.

Глава четвёртая

Утром следующего дня, когда я проснулся подполковник был уже на ногах, свежевыбрит после душа. Освежившись одеколоном, он сидел в комнате и пил бесконечный кофе, читая пухлый роман Рекса Стаута. При этом он поглядывал на свой живот. Заметив меня, он помахал и пригласил за стол:

- Присоединяйся, Артур.

Я быстро умылся и с удовольствием последовал его совету. Кофе был, действительно, вкусным.

- Кстати, Артур, - отложил книгу подполковник. - По поводу дедукции и всего такого. Пушков действительно из села Горицы, Вологодской области. А ты должен был догадаться, как я пришёл к такому выводу. Что скажешь?

- Могу сказать только, что на место может указывать фотография, где Пушков с приятелем стоит возле какой-то церкви, но церквей и в Москве полно.

- Плохо, Артур, плохо. Во-первых, надо знать памятники архитектуры своей родины...

- Кто же все церкви в России знает? - возмутился я. - Я могу поспорить, что вы в Москве далеко не все церкви знаете, а я должен в Вологде знать?

- Ну, скажем, не в самой Вологде, а в Кириллове, там великолепный Кириллово - Белозёрский монастырь, белое чудо. И церковь эта там.

- Может, они туда на экскурсию ездили? - упрямо защищал я своё невежество.

- Чудак человек! - рассмеялся Капранов. - Кто же из Москвы, если они москвичи, на экскурсию в валенках ездит? Ты вот скажи, ты валенки последний когда видел?

Возразить на это мне было нечего, но я упрямо попытался сохранить рушащееся на глазах достоинство и произнёс последнее слово в защиту себя:

- Я, конечно, преклоняюсь перед вашими познаниями в области древнерусской архитектуры, но всё же, согласитесь, что не каждый должен помнить и тем более знать наперечёт все церкви на святой Руси.

- Согласен, хотя и частично. Я и сам не очень хорошо знаю архитектуру, к стыду своему.

- Но церковь-то вы узнали!

- Увы, нет, - вздохнул Капранов.

- Как же тогда вы узнали?!

- Просто я очень внимательный человек, и любопытный, в отличие от некоторых. И я просто взял и перевернул фотографию, посмотрев, что там на обороте.

Он вытащил из книги фотографию и перекинул её небрежно через стол мне. Я схватил её и перевернул. И тут же краска залила мои щёки. На обороте фотографии, карандашом, было написано корявыми буквами:

"Друг Гена Пушков и друг Сеня Резник. Кирилов монастырь." - Вот видишь, - развёл руками подполковник, - как всё гениальное оказывается иногда таким простым. Надо быть наблюдательным и любопытным, мой друг.