- А вот мне интересно куда подевалась полная блондинка сорока пяти лет?

- Какая блондинка? - рассеянно спросил подполковник, увлечённый фотографиями.

- Та самая, у которой муж коммерсант шестидесяти лет, - не удержался я.

- Ах, ты вот о чём, - отмахнулся он. - Я же тебе сказал.

- Что вы мне сказали?

- Это всё дедукция. Видишь, какая ненадёжная штука?

- Какая же это дедукция? - обиделся я за великий метод. - Я вообще не понимаю, откуда вы всё это взяли.

- А ты видел - куда я смотрел?

- Нет, - неуверенно сказал я.

- Вот видишь, как ты невнимателен? Если бы ты обратил на это внимание - не спрашивал бы меня, а сам догадался откуда берутся такие ответы.

- И куда же вы смотрели?

- А куда может смотреть человек, лёжа на тахте? - ответил он вопросом на вопрос. - Естественно, в потолок.

Я даже немного обиделся и сел разбирать свои записи, внося поправки и передавая листки подполковнику, который так и читал их, лёжа на тахте.

- Я где-то читал, что от длительного лежания бывают пролежни, заметил я, передавая очередной листок.

- Ничего, я потерплю, - покорно вздохнул подполковник. - Я вообще терпеливый.

- А ещё я читал, что сыщика кормят ноги.

- Вот тут ты, мой юный и умный друг, ошибаешься. Ноги кормят почтальона.

- Вы хотите сказать что сыщика кормит голова? - спросил я не без ехидцы.

- И опять мимо, - всё так же благодушно улыбнулся подполковник. Частного сыщика кормят заказы.

- Вот вы говорите - дедукция, - не сдавался я, найдя свои аргументы в защиту. - А как же вы, даже "потолочным" методом определили что у женщины пропал муж?

- Я же тебе и говорю: дедукция - великая вещь!

В глазах его кувыркались бесенята. Он с наслаждением потянулся всем своим огромным телом, и сказал:

- Никогда не думал, что так здорово проводить жизнь лёжа на тахте, или сидя в большом удобном кресле. Я вот думаю, а не прикупить ли мне хризантем?

- Нет! - в ужасе закричал я. - Вы разжиреете, как этот Ниро Вульф, будете сидеть дома в сделанном на заказ кресле, а я буду бегать по городу и получать все тумаки и шишки, и всё это для того, чтобы вы на последней странице показали толстым пальцем на убийцу, который всё это время болтался в нашем доме. Дудки!

- Приятно иметь дело с образованным человеком, который всё понимает, усмехнулся Михаил Андреевич.

Отложил в сторону бумаги и фотографии, и с явным сожалением встал с тахты.

Он позвонил своим знакомым в милицию и попросил навести для него справки о Геннадии Ивановиче Пушкове, сорока двух лет отроду, служил в милиции, двенадцать лет назад уволился. Он просил так же узнать где служил Пушков, и что послужило причиной столь раннего его увольнения. И ещё одно заинтересовало Михаила Андреевича: это как остался в Москве скорее всего лимитчик, не получив в милиции квартиры и прописки? Откуда приехал Пушков? Не из Вологодской ли области.

Ему пообещали вскоре перезвонить. Он поблагодарил и стал собираться.

- Михаил Андреевич, вы куда?

- Ты же не хочешь ходить по городу и получать затрещины, приходится мне. Мешок у нас нигде не видел?

- Что-то не припомню. А зачем?

- Как зачем? - сделал он круглые глаза. - Тумаки и шишки собирать.

Оделся он в старенькую ковбойку, ношеные джинсы, тяжёлые ботинки на толстой подошве. На голову натянул кепочку, которую никогда раньше не носил, и снял с вешалки потёртую кожаную куртку.

- Куда вы? - спросил я ещё раз, видя серьёзность его приготовлений. Мне можно с вами?

- Я пойду съезжу на автобазу, посмотрю - что там и как.

- Вы же обещали, что не будете на работе никого беспокоить, и что там никто не узнает о том, что Пушкова обратилась за помощью в поисках мужа!

- А я и не буду никого выспрашивать как сыщик. Я пойду к ним на работу устраиваться.