— Единственно что, я не хочу все свои леса пустить на уголь. Древесный уголь придется возить со всех владений одинаково, — такое у меня требование к компаньонам.

Насчет коксующегося угля я пока ничего не знаю, если ли тут такое месторождения, так что тут тоже придется идти опытным путем. Как его там — антрацит, вроде с сильным блеском, тоже должен быть?

Еще через месяц догнали дорогу до зева понемногу разрабатываемого рудника, я сам отправился с первой партией рукомойников, поварешек и разной столовой утвари в тот самый большой имперский город, который лежит в трех днях пути.

Но до этого волнующего момента случилось еще одно серьезное событие, которое заметно поменяло состав моей замковой стражи.

К тому времени я высмотрел на дороге к руднику хорошее такое место, не видное ни с какой стороны, где спрятал восемьсот золотых монет в россыпи камней. На сплошных камнях следов не видно никаких, лошадь я подальше оставляю на дороге, потом следы ее топтания на этом месте уничтожаю. Такой густой очень перелесок, где меня не видно ни сверху, ни снизу, поэтому прокатился совсем один пару раз, приготовил место и спрятал там под камнями мешки с золотыми монетами.

Надоело уже откровенно таскать их с собой постоянно, пряча в то же сено на подводе Ветрила.

И рискованно, и постоянно приходится присматривать за погрузкой телеги.

Но и замке оставлять не хочу. Кранил уже совсем хорошо сошелся с оставшимися от прежнего хозяина стражниками и наедине откровенно рассказывает мне, что они очень жалеют и поэтому ругаются на остальных бунтовщиков, которые их в заговор не взяли. Печальная судьба бедолаг-бунтовщиков этих придурков не пугает, они реально такие придурошные долбоящеры, которые дальше своего носа не видят.

Еще и в боевом смысле совсем недалеко ушли от простых крестьян.

Ну, как раз что-то такое я и чувствую в глупых головах. Что могут они мое жилище ограбить и убежать куда-то по своей глупости. Кранил правильно себя с ними ведет, поэтому получает время от времени подтверждение моим мыслям.

Я не стал их выгонять и рассчитывать, надеюсь использовать по-другому при случае и этот случай произошел через две недели после третьего приезда норров-компаньонов.

— Четверо опытных со мной, остальные с Кранилом закрываются в замке и никому ворота с калиткой не открывают! — такой приказ сажает в седла четверых из пяти старых стражников.

Опытные — это я специально их так называю, чтобы немного дать понять, насколько ценю таких могучих защитников моей милости.

Сам это с юмором внутри себя говорю, но им реально нравится ощущать себя такими крутыми вояками.

— На три-четыре месяца обучения тянут, но не больше, — откровенно про них сказал Кранил. — На мече вообще слабые.

Пятый остается в замке, он самый вменяемый среди остальных и Кранил уже намекал мне, что из него еще можно как-то сделать человека. Если убрать из-под влияния остальных долбоящеров.

— Едем к рынку на пол дня! — звучит еще один приказ и наш караван из повозки с все тем же Ветрилом, четырех стражников на лошадях и мной впереди выезжает из замка.

Нужно еще запастись зерном, скоро буду именно с его помощью выдавать пятую уже плату работникам. И деньгами тоже придется, но теперь крестьяне стараются получить серебро, уже намаявшись менять золотые монеты. А у меня лишнего серебра нет, то есть оно есть, но лучше я его оставлю пока себе.

Ну и закупка продовольствия тоже нужна, вовремя посаженные семена без заморозков в других норрствах принесли свои плоды, крестьяне теперь довольно дешево продают свои овощи на рыночках при дорогах.

Грех этим делом не воспользоваться, но от золота они тоже шарахаются, им только серебро и медь подавай.