Просто тароватый и сильно удачливый в мародерке воин, который все под себя гребет и тянет.

Да и три арбалета говорят только о моей необыкновенной силе, удачливости или еще каком-то счастливом стечении обстоятельств. Типа того, чтобы одному найти поляну, полную мертвых воинов во всем снаряжении, причем обязательно самому первому найти. Ну или, если по моим словам, просто выжить там одному единственному из всех.

Ничего, это мое личное дело, когда стоит выйти из образа простолюдина и заявить о себе, как о благородном человеке чести такому же благородному мужу.

Вот добрался до понравившегося мне очень внешне дворянина, про которого собрал большей частью положительные отзывы, почувствовал вдруг в нем родственную душу и поэтому хочу представиться близким ему по социальному статусу человеком.

— Благородный норр, смею заверить вас в моем благородном происхождении. Моя семья уже много поколений предков владеет своими землями, и они весьма обширны. Одних смердов у нас имеется около четырех тысяч голов.

Вот она — решающая фраза, после которой уже нельзя отступать от правил поведения дворянина.

Да, про свои земные владения я могу заливать более-менее смело, только хватит ли мне немного знакомой истории храброго гасконца и других прочитанных когда-то книг, чтобы выказать себя настоящим благородным в чужом мире?

Но, ведь можно просто вести себя так же, как ведут местные дворяне, и еще немного в дополнение пересказывать историю про трех мушкетеров и ее очень длинное продолжение.

— Где же владения ваших предков? Рауль де Бражелон, — имя и название владения норр запомнил хорошо, это у них с детства жестко привито запоминать, кого как положено величать.

Сказывается мое Внушение, работает на самых минималках, ведь норр не гневается и не смотрит презрительно!

Здесь неправильное именование и титулование — серьезное оскорбление и однозначный повод к дуэли.

— Очень далеко, уважаемый норр. Очень, туда не доплыть кораблем и не доехать в карете, даже, если ехать или плыть много лет.

Норр смотрит на меня с удивлением. Он про такие места не знает и не слышал никогда, как сейчас думает.

В этом и есть основа моего замысла, именно в способе попадания моего тела в мир Хурума, как называют его в Империи.

Назваться благородным именно с другого континента этой планеты я тоже могу, тогда совсем сразу меня даже не разоблачат. Придется придумать историю моего появления здесь и объяснение тому, зачем я представился воякой в отставке его людям.

Это все не сложно, только, пусть и нет особой связи между материками, все же дворяне, знающие что-то о порядках в других странах, обязательно найдутся. Есть какая-то взаимная миграция между континентами, благо тут можно за несколько дней доплыть от одного до другого материка на не самых совершенных суденышках.

Название одной из стран соседнего материка я как-то услышал в разговоре двух благородных еще во время службы в Датуме. Услышал и тут же записал в своей комнатушке, прикидывая. не удастся ли мне сойти за тамошнего уроженца. Однако, к моему большому сожалению, ведь только одно это название и знаю, больше вообще ничего мне про эту страну не известно.

Тут общественных библиотек с описаниями материков и стран не найти, знания нигде не получить в достаточном объеме. Если не отправиться в столицу Империи, город Кташ, и там не попасть в местную Академию Наук, наверно.

Если здесь вообще такая имеется, в чем я очень сомневаюсь.

Найдутся рано или поздно знающие благородные, спросят меня хотя бы про названия окружающих мою мнимую родину стран, а я не смогу даже это правильно ответить. Да вообще много всего тут есть, что мне глубоко не известно, а для окружающих меня дворян, наоборот, очень даже интересно.

Как, например, наследуются титулы и владения в моей названой родине — ответить правильно не смогу и быстро окажусь разоблачен, даже не подозревая про это.