Обезумевшие от нечеловеческой боли глаза, живьем вскрытого человека, казалось, сейчас вывалятся из орбит. Прямо перед его ртом, располагалось что-то вроде микрофона и усилителя одновременно. Издаваемые несчастным стоны усиливались во стократ и оглашали окрестности жутким, тоскливым воем. Сенесй подойдя к блюду, выдрал микрофон вместе с кронштейном и, бросив на пол, каблуком ботинка раздавил его.

Первой мыслью Влада было попытаться оказать несчастному хоть какую-то помощь. Но приблизившись вплотную к гигантскому блюду, он бессильно опустил руки. В самом деле, какую помощь можно было оказать наполовину зажаренному человеку, которого уже основательно объели прожорливые нелюди?

Для того чтобы человек, в процессе поедания, как можно дольше оставался живым, каннибалами был сооружен деревянный лафет, предохраняющий верхнюю часть тела жертвы от огня в процессе готовки. Зато нижняя часть его туловища, включая ноги и живот, лежали на металлической поверхности противня и были подвергнуты термической обработке огнем. Неподалеку находилось огромное кострище, все еще распространяющее вокруг себя сильный жар.

Когда до Влада в полной мере дошел смысл всего увиденного, его вывернуло наизнанку.

Пошатываясь он сделал несколько шагов в сторону двигающейся в их сторону Ольги и кашляя, прокричал:

— Не ходи сюда, не надо тебе этого видеть!

— Иди к бассейну и умойся, — решительно отодвинула его с дороги Ольга и подошла к Сенсею, продолжающему стоять возле блюда с зажаренным, но все еще живым человеком.

Его огромные кулаки сжимались и разжимались, а лицо потемнело от гнева.

Ольга, сразу же трезво оценив ситуацию, холодно сказала:

— Чего ты ждешь? Ему уже ничем нельзя помочь. Единственное что мы можем для него сделать — это прекратить его страдания.

Сенсей, выведенный из ступора ее голосом, поднял автомат и короткой очередью разнес голову несчастного вдребезги.

— Но как, он оставался жив, несмотря на такую жуткую боль? — ужаснулся он, машинально поднимая со стола окровавленную вилку и нож от обычного столового сервиза. — Ведь эти твари мало того, что зажарили его живьем, они же еще от него отрезали по кусочку!

— Видимо ему вкололи лошадиную дозу какого-то мощного наркотика, притупляющего боль, — высказала предположение Ольга. — Эти твари ели мясо и получали добавочный кайф от наркоты, а оглушительные вопли беззащитной жертвы услаждали их слух и способствовали пищеварению.

— Да уж гурманы, мать их! — яростно вскричал Сенсей. — Я же их теперь на куски зубами рвать буду!

— Можешь начинать прямо сейчас! — отозвался со стороны бассейна Влад. — Я тут специально для тебя отловил парочку экземпляров.

Сенсей зашагал в сторону бассейна, скрипя зубами от бессильной злобы. Там Влад присев возле воды с нескрываемым интересом смотрел на двух ксеносервусов державшихся за трубчатую металлическую лестницу для выхода из бассейна. На их испуганных лицах была написано озабоченность своей дальнейшей судьбой.

— А чего они до сих пор оттуда не повылазили наружу? — недоуменно уставился на них Сенсей.

— А кто сказал тебе, что они не пытались? — иронично хмыкнул Влад. — Эти сволочи они же тяжелые, и едва полезли по лесенке, как сразу же выдрали весь ее крепеж. Она сейчас держится всего на паре болтов.