П е р в ы й  в о и н. Давай.

Т р е т и й  в о и н. Значит, скажи им спокойно, с улыбкой: «Мы придём завтра, в это же самое время, и надеемся, что вы подумаете, здравый смысл возобладает, и вы примете непростое, но единственно правильное решение. Потому что это нормально! Это нормально – вступить в диалог, потому что мы люди, а люди всегда могут найти общий язык. Потому что это – нормально.

П е р в ы й  в о и н (поднимает рупор и громко говорит). Мы ещё и завтра придём! В это самое время. (Неожиданно переходит на крик.) Это же нормально, ходить к вам сюда каждый день. Мы придём и подождём, когда вы наконец поймёте… Ну что же вы за люди-то такие? Вы нас, что, не слышите?! Это же нор-маль-но – открыть ворота! Поднять руки! Встать на колени! Это же нормально! И никаких обид, но если я кого-то лично обидел, я подойду и лично извинюсь, только ворота откройте.

П е р в ы й  в о и н (вырывается, выбегает опять на край сцены и кричит в рупор). Вы запомните меня, запомните моё лицо. Вы будете стоять на коленях, а я лично к каждому подойду… Я припомню, как я стоял здесь, как клоун, и улыбался. Я вам припомню. И лично, лично… перед каждым извинюсь. Мне мама в детстве говорила: «Если тебя, сынок, кто-то лично обидел, ты его найди и лично извинись».

Т р е т и й  в о и н. Привет.

П е р в ы й  в о и н. Ты себя нормально чувствуешь, не заболел?

Т р е т и й  в о и н. Нормально.

П е р в ы й  в о и н. Поговорить с тобой можно?

Т р е т и й  в о и н. Можно, почему нельзя? Правда, у меня сейчас другое настроение, но поговорить можно.

П е р в ы й  в о и н. Ты уверен, что с тобой можно нормально разговаривать?

Т р е т и й  в о и н (пожимает плечами). Да, конечно!

П е р в ы й  в о и н. Тогда давай поговорим. Только, пожалуйста, без вот этих твоих «и-и-и». Можно?

Т р е т и й  в о и н. Можно.

П е р в ы й  в о и н. Хорошо. Тогда слушай. У нас тут, как выясняется, есть проблема. Ребята волнуются. Они там сидят и волнуются. Послали меня с тобой поговорить…

Т р е т и й  в о и н. А что за проблема?

П е р в ы й  в о и н. Проблема большая. Потому что ребята волнуются, и они, кстати, здесь совсем недалеко сидят. Ты же знаешь наших ребят. Они волнуются…

Т р е т и й  в о и н. Так в чём проблема-то?

П е р в ы й  в о и н. Проблема в тебе. Даже не знаю, как сказать, но ребята что-то разволновались.

Т р е т и й  в о и н. Ну-ну! Говори, что за проблема?

П е р в ы й  в о и н. Проблема?.. Только у меня к тебе просьба. Просьба уже от меня. Давай я тебе эту проблему назову, а ты ответь нормально, без всех твоих вот этих сложностей, без всех твоих вот этих «и-и-и». Пожалуйста, скажи понятно, чтоб я понял, что это – проблема или не проблема. А то, ты пойми… Поверь, ребята очень волнуются.

Т р е т и й  в о и н. Так, соль проблемы-то в чём?

П е р в ы й  в о и н. Соль проблемы?.. А правда ли, интересуются ребята, и при этом очень волнуются… правда ли, что тебя можно убить только…

Т р е т и й  в о и н. Только в пятку?

П е р в ы й  в о и н. Ну вот видишь!

Т р е т и й  в о и н. Ну!

П е р в ы й  в о и н. Чего?

Т р е т и й  в о и н. В чём проблема-то?

П е р в ы й  в о и н.