— Ты с ума сошел, один в Савану соваться? — обратился ко мне старший, довольно сильный псион.

— Я не видел угрозы, да и своих подранков добить нужно было быстрее.

— Почему твоих? — удивился он, рассматривая мое оружие и снаряжение.

— Потому что моих.

— Это мы еще посмотрим… Парни, тащите тело к транспорту, а вы за мной.

— Должен сказать, эти тоже мои, но вы, конечно, не поверите, — указал я на измочаленные трупы ближайших животных.

Мое заявление заставило всех в немом удивлении уставиться на меня.

— Ты не охренел ли, парень? Ты видел, сколько отверстий в туше? Ты чем стрелял, этим? — указал он на мое оружие.

— Я вменяемый, не переживай майор, много ума не надо расстреливать подраненного зверя, не так ли? Или вы полчаса специально мазали по ним? В общем, хрен с вами, забирайте этих, но остальных я вам не отдам.

— Не время споры спорить, уходить надо, как люди придут в себя, забираем трофеи и быстро по машинам. А ты делай, что хочешь, — махнул он на меня рукой, не собираясь даже комментировать мои слова.

Мысль о том, что им не видно было, где лежали остальные тела, подтвердилось, когда я по одному стал притаскивать телекинезом туши почти не поврежденных зверей. Четвертое тело зверя не стал тащить, закинул незаметно в подпространственный карман. Нужно было видеть их выражения лиц, когда они увидели почти не тронутое пулями тело зверей. Даже проверили входные отверстия от пуль, убедившись, что, кроме моих мелкокалиберных, попаданий нет. На вопросы и просьбы показать свое оружие я послал майора лесом.

— Как скажешь, парень, постарайся не забыть это место. — с каменным лицом ответил он на мои слова.

— Зачем? — не смог не спросить его, хоть и чувствовал, что ничего хорошего в ответ не услышу. Слишком уж резко изменилось его настроение. От ярости и обиды резкий переход к холодному спокойствию не сулил ничего хорошего, и я не ошибся.

— Чтобы забрать свои трофеи, на своем транспорте. По машинам! — потерял он интерес ко мне, скомандовав бойцам в охранении. Туши двух зверей уже утащили в транспорт в имевшиеся там холодильные камеры, а к моим никто даже не касался.

— Ты уверен, майор? Не пожалеешь? — бросил я ему в спину.

— В машину, гражданский, или останешься догонять колонну. Ждать тебя никто не будет, — ответил он даже, не повернувшись.

Тела зверей так и остались лежать в траве, а мы, погрузившись по машинам, продолжили путь. Мало кто был свидетелем нашего спора, но пара бойцов в моей машине слышала и видела все, о чем и поведала по секрету остальным. Он думал, что по секрету, но я уже давно не совсем человек и слышал все четко, а также то, что там на земле остались пара миллионов кредитов. Туши зверей очень ценились и выкупались, а уж такие хищники попадались всего пару раз, насколько им было известно. Майор мог за свое самоуправство отгрести от научного отдела за такой приказ, но колонна машин подчинялась ему, так что спорить с ним я не стал. Зверей еще набью, а вот унижаться или конфликтовать из-за них не собирался. Нет, были другие мысли и желания, и майор еще припомнит этот момент.

Ближе к вечеру колонна остановилась на ночевку, но покидать транспорт никто не собирался. Все стали устраиваться прямо в нем. Поели, сходили в туалет — и спать, разве что охранение оставили.