Появилась Адесса, возмущенная таким погромом. Она была вооружена коротким мечом и не потрудилась обзавестись щитом. Глава Морасит намеревалась только атаковать.

Мятежники неслись по проходам, колотили по железным горшкам и подзадоривали зверей, заставляя покинуть ямы и отправиться на городские улицы. Еще один болотный дракон с шипением скакнул вперед, и на его пути оказался воин-новобранец. Дракон яростно взмахнул зазубренным хвостом, отрубив ноги неопытного бойца чуть ниже колен. Воин закричал и упал, а рептилия мощными челюстями схватила одну из отрубленных ног и захрустела костями. Мятежники в капюшонах подбежали к дракону со спины, стуча и крича, и большой ящер ринулся дальше, так и не выпустив из пасти ногу.

Не обращая внимания на зверей, Адесса атаковала своего настоящего врага. Мятежники не могли противостоять ее гневу, поэтому разбежались, пытаясь унести ноги. Но один бежал слишком медленно, и Адесса вонзила свой меч в его прикрытую балахоном спину. Мятежник рухнул и вспыхнул пламенем от таинственного амулета. Морасит повернулась, увернувшись от пятнистого леопарда, который казался скорее напуганным, чем свирепым.

Поджарая кошка пронеслась через туннели и исчезла в ночи, но Адесса осталась охотиться на повстанцев. Она убила еще троих, не обращая внимания на то, что их тела тут же обращались в погребальные костры. Женщина настолько сосредоточилась на каре бойцов Зерцалоликого, что забыла защититься от разъяренных зверей. Очередная чудовищная рептилия подбежала к ней сзади, а та не заметила.

— Осторожно! — закричал Ян из своей камеры. В один миг он щелкнул замком, распахнул решетчатую дверь и бросился на болотного дракона. Адесса покончила с очередной жертвой и развернулась, но успела лишь увидеть бросок рептилии. Безоружный Ян вскочил на спину твари и обхватил руками ее чешуйчатое горло, оттаскивая назад. Ему удалось убрать от Морасит щелкающие челюсти.

Адесса бросила на него благодарный взгляд, а затем вогнала меч прямо в левый глаз болотного дракона, проткнув его мозг. Защищенная броней тварь содрогнулась и с бульканьем рухнула на землю.

— Мой неизменный чемпион, — произнесла Адесса, и Ян посмотрел на нее с обожанием.

Бэннон смотрел на эту сцену, чувствуя тошноту.

Раздался рев, столь же громкий и устрашающий, как рык боевых зверей, и от стен ям отразился человеческий голос:

— Во имя Владетеля! Возвращайтесь в свои клетки.

Главный укротитель Айвен вышел из бокового входа и свирепо посмотрел на животных, выбегающих из своих загонов. На нем была безрукавка из шкуры пумы, талию обхватывал широкий черный пояс, а копна темных волос растрепалась, словно он сам был впавшим в буйство зверем. На его голых руках бугрились мускулы. Лицо мужчины исказила гримаса мстительного недовольства, заставившая Бэннона содрогнуться. Именно так выглядел его отец перед тем, как начать избивать его или мать.

Бэннона захлестнула ярость, когда он представил, что пережили звери, которых истязал главный укротитель.

— Ох, что же ты творил с ними, — прошептал он сам себе.

Многие звери уже сбежали в город, но остальные рычали, сжавшись в туннелях. Кто-то заскулил, когда Айвен поднял руки, высвобождая дар и заставляя воздух потрескивать от энергии. Он хлестнул своей магией, придавив животных к земле ментальным каблуком.

— Всем вернуться на свои места! — Айвен взмахнул кулаком размером с булыжник. Два леопарда зарычали, а затем прошмыгнули по мрачному туннелю в свою клетку. Пятнистый кабан фыркнул, попытался шагнуть вперед, но все же отступил. Главный укротитель задействовал больше магии, пытаясь сломить сопротивление зверей.