Шотландский феномен почти отождествляет время со сказочными персонажами — прием универсальный, хорошо знакомый по другим легендам и сказаниям. Но если на Шотландском нагорье действительно работает исстари удивительный механизм времени? Если здесь человек может пропасть, а потом вернуться — десять лет спустя? Или даже двадцать лет спустя? Объяснить это народные мудрецы не в состоянии. Их дело — сложить легенду. И пусть в ней будут названы виновники — эльфы и феи, заклинатели времени.

 

Шотландский феномен времени. Странно, что о нем никто не писал всерьез, как, например, о Бермудском треугольнике. Но он существует. Да, люди исчезали. Потом возвращались. Есть полярные сияния. Есть на земной поверхности аномалии и пересечения магнитных меридианов, пусть воображаемых. Есть жерла вулканов, есть гигантские вихри в океане. Есть разломы в земной коре. Есть даже естественный атомный реактор, который создан самой природой без участия человека. Есть и Шотландский феномен.

 

Пора задуматься над этим.

 

Есть над чем поломать голову, пока друг выжимает на спидометре сто тридцать без малого.

 

Заправочная станция. Батурин протянул открытку с видом озера, открыл дверцу, отошел рассчитаться за бензин.

 

Оказалось, это не открытка. Просто любительский снимок. Несколько слов по-английски каллиграфическим почерком свидетельствовали, что снимок подарен Батурину Тони Кардью с дружескими чувствами и благодарностью за внимание к шотландским проблемам. Нас тряхнуло на грунтовой дороге, на которую мы вскоре свернули.

 

— Что это? — спросил я.

 

— Ты что, не видишь?

 

— Озеро, то самое.

 

— Да. Присмотрись! Справа, видишь?

 

— Темное пятнышко. Голова тюленя. Впрочем, тюленей в шотландских озерах, кажется, не обнаружено. Прошу пояснить.

 

— Это водяной конь.

 

— Ну еще бы! Точнее, его визитная карточка. Не правда ли?

 

— Я не шучу.

 

— Да с чего бы нам обоим шутить на голодный желудок? Где спрятаны бутерброды в твоей колымаге?

 

— Открой эту дверцу.

 

— Любопытно. Ты производишь впечатление человека, который знает не так уж мало, но предпочитает отшучиваться. Если это водяной конь, то где же Морег? И где дом Мак-Грегора?

 

— Слишком много ты сразу хочешь знать. Это действительно водяной конь. Реликт вроде Несси.

 

— Реликт? Из прошлого?

 

— Ну, если в этой стране люди возвращаются из небытия — нечасто, но бывает, — то почему бы разным крупным и мелким животным тоже не попытаться?..

 

— Я назвал это Шотландским феноменом. В применении к людям, которые хорошо чувствуют время.

 

— Животные, звери и птицы, наверное, тоже очень неплохо ощущают ход времени. А здесь, в Шотландии, эти ощущения иногда дают осечку.

 

— Орнитологам это неизвестно.

 

— Визитку водяного коня дарю тебе на память. Ты все-таки биолог, пригодится. А мне ни к чему. Если об этом напишет журналист, никто не поверит.

 

— Спасибо. Мне пришло в голову, что водяной конь такая же жертва неравномерного хода времени, как и герои легенд… как Морег.

 

— Я тоже об этом думал.