Дина немного отстала от Рая и в течение нескольких минут смаковала в сознании способы мести отцу, чего с ней почти не случалось раньше.

Она никогда не желала мстить отцу за его бесчувствие. Она рыдала, проклинала себя, писала умоляющие письма, тратила умопомрачительные суммы на междугородные звонки на ранчо и долгие годы жила с давящим чувством вины и раскаяния. Но она никогда не искала отмщения.

Дина помотала головой, отгоняя навязчивые мысли. Что с ней происходит? Как она теперь сможет причинить боль отцу, если продаст ранчо? Как она вообще может причинить ему боль теперь? Или порадовать его?… Очнись и приди в себя, со злостью сказала себе Дина. Всем, кроме Нетти, наплевать на твои поступки.

Она вздохнула: гнев в ее душе уступил место самобичеванию. Как и всегда. Если она злилась или гневалась, то расплатой за это были упреки себе в собственных недостатках. А все из-за того, что она так любила отца, а он не отвечал ей взаимностью. В ее глазах заблестели слезы.

Дина торопливо достала из кармана носовой платок и вытерла предательскую влагу. Она не желала, чтобы Рай вновь увидел ее слабость. Он был надежным, простым мужчиной, которых называют «соль земли», и ей хотелось выглядеть такой же сильной, как и он. И доказать ему, что она умеет преодолевать трудности.

Тайком Дина разглядывала его. Рай действительно был очень хорош собой. Смогла ли бы она заметить это раньше, при обычных обстоятельствах? Он был красив грубоватой красотой человека, всю жизнь работающего на открытом воздухе. Кроме того, Рай Хардин излучал чувство уверенности в себе, видно было, что он знает, чего хочет от жизни.

Она завидовала людям, отличавшимся такой уверенностью. Ее собственная уверенность осталась в Сиэтле, после того как она села в самолет, направляющийся в Вайоминг, и, хотя Дина никогда не страдала от робости за время своей медицинской практики, теперь она ощущала в себе эту черту характера. Она искренне надеялась, что Рай не воспринимает ее как беспомощную плаксу или как нерасчетливого работодателя, но разве он видел ее в ином облике? Настало время встать на ноги. Никто не в состоянии залечить ее душевные раны, но ей необходимо было перестать бередить их каждую минуту.

— Родник прямо перед нами, — бросил ей через плечо Рай.

Она прекрасно знала, где находится родник, так же как знала все на земле ранчо. Она могла сообщить это Раю, но сказала только:

— Я вижу.

Рай осадил лошадь, чтобы Дина могла догнать его. Впрочем, он не смотрел в ее сторону.

— Отсюда видно несколько прудов. Стада приходят к ним на водопой, когда пасутся в этом районе, но только представьте, как эта вода могла бы преобразить другие луга!

Передвигаясь рядом, они подъехали к роднику и расположенным неподалеку от него прудам.

— Похоже, вас всерьез увлекает идея создать ирригационную систему, — заметила Дина.

— Это необходимость.

— Возможно, — сказала она. Однако в ее голосе не слышалось решимости, и Рай понял, что ее это не очень-то интересует.

— Вы готовы перекусить? — спросил он.

— Да, — ответила она. — Давайте устроим ланч под теми деревьями на берегу пруда.

Они подвели лошадей к опушке рощи, спешились и привязал животных к деревьям длинными веревками — чтобы те могли пока пощипать траву.

Дина взяла мешок с припасами, и они с Раем нашли уютное местечко в тени.

— Вот здесь мы и расположимся, — сказала она и села на землю, немного поморщившись.