— Нам нужен телек, — проговорил я, глядя на выступление чиновника.

— Так, вот же он, — не отрываясь от сборки, сказал Серебряный. — А, ты про рекламу. Сам же говорил, что денег нет, хоть на большую дорогу выходи.

— А тут они нам и не понадобятся, — решительно ответил я. — Сколько у нас телефонов готово? Пять? Отлично, этого хватит. Продолжай собирать…

Договориться о встрече с мэром, после гибели Житова оказалось не проблемой, тем более что у меня ещё оставался флёр выжившего в бойне с террористами. Так что на следующий день я уже вручал под камеры золотой телефон, с лозунгом Люксовых продуктов, доработанных в Сочи! Тот слабо улыбался, понимая, что я его просто использовал, но отказываться от пиара не стал.

— Мы рады, что при поддержке администрации в городе появилось новое высокотехнологичное предприятие и будем всячески его поддерживать! — довольно тряся мою руку и показывая золотой кирпич, ответил мэр. А на следующий день мы разместили объявление ценником.

«Золотая царская труба» — тысяча долларов. «Серебряная труба от князя Серебряного» — триста долларов. И в первый же день нас задолбали звонками. Но не про «купить», а про — «правда, а вы в самом деле князь, а чего так дорого» и так далее и тому подобное. К концу первого вечера хотелось всех послать. К концу второго — убить. На третий нам, наконец, позвонил человек и заказал доставку телефона на дом.

Я к этому тщательно готовился. Да опять были траты, куда же без этого, но другого варианта не просматривалось. Назвался груздем, полезай в кузов. Так что к назначенному месту и адресу мы приехали на чёрной волге, которую пришлось одалживать у отца одногруппника. Я, Аня и Саня. Все в строгих чёрных костюмах.

Александр постоянно ёрзал, поправляя кобуру подмышкой. То ли пытался выглядеть старше и опаснее, то ли просто было неудобно. Сейчас выяснять было некогда, ведь я с мордой кирпичом и кейсом в руке, следовал за девушкой.

Сразу стало понятно, что мы по нужному адресу. Высокий железный забор. Охрана. Здоровенные ротвейлеры на цепи. Не хватало только вышки со снайпером, но в районе, где стоял особняк, не было ни одного здания выше, так что это приемлемо.

— С оружием нельзя, — хмуро сказал охранник, перегородив нам дорогу. — Оставляйте свои пукалки, заберёте на выходе. Никому они даром не нужны.

— Ты чё… — набычился было Саня, но я остановил его движением руки. — Нет, ну а чего он? Это же наша безопасность.

— Всё нормально. Если так боятся двух подростков с макаровыми, мы их оставим, — сухо ответил я, демонстративно медленно достав ствол. — Главное дело.

— А если попробуют отжать? — нахмурился Саня.

— Тогда мы отдадим и передадим тем, кто придёт разбираться вместо нас, — спокойно ответил я, заставив напрячься уже охрану. — Не будем создавать лишние проблемы ни себе, ни окружающим.

— А вы забавные. Кейс тоже надо осмотреть, а то вдруг у вас ксюха внутри.

— Круче, — усмехнулся я, распахнув крышку, и громила замер, глядя на то, как переливаются на бархатных подушечках телефоны. — Э нет, руками не трогать, это только для клиента.

— Да ладно, блин. — расстроенно проговорил детина. — Сколько он стоит-то?

— Золотой тысячу, серебряный пятьсот, — ответил я, довольный реакцией братка. — Захотите взять себе, после старшего. Нет проблем.

— Шикарно, блин. Ладно, идите за мной, — не сдержав вздоха восхищения, проговорил охранник, и нас, наконец, пустили в трёхэтажный особняк. А стоило переступить порог, как я понял, почему нашими телефонами заинтересовались.

Есть такое понятие, цыганское барокко. Или дешёвый шик.