— Она не возвратилась, кучер и выездной не знаю где, горничная спит. Словом, кроме швейцара, челяди можно не опасаться, она вся живет в отдельном помещении.

— Хорошо, — сказал граф. — А при тебе письмо, которое я дал? И ты взял букет роз?

— Да, хозяин.

— Сейчас отпустишь экипаж, кучер — наш человек?

— Да, хозяин, это Гренгале. Но если позволите, я скажу ему, чтобы он ждал немного подальше от дома. Транспорт может пригодиться.

— Как знаешь. А теперь иди к швейцару, отдай ему розы и письмо, приложи к ним пять луидоров и говори с ним громко, будто ты немного пьян, а мы тем временем потихоньку войдем.

Недавно пробило одиннадцать, швейцар незадолго перед тем лег и крепко спал. Все огни были погашены, было ясно, что хозяйки нет и ее не ждут.

Все получилось даже лучше, чем предполагал граф. Швейцар спросонья машинально дернул за шнурок и дверь открылась. Пьер вручил служителю розы с письмом для владелицы особняка и пять луидоров чаевых, сказав:

— Держи, друг, видать, твоя хозяйка — красавица из красавиц, раз ей подносят букеты за триста франков… Понюхай, как пахнут!

Швейцар сперва заворчал, возмущаясь, зачем разбудили, но, получив крупную мзду, успокоился, приветливо заговорил с Пьером и в конце концов они опрокинули по стаканчику. Когда Пьер уходил, швейцар спросил:

— А вы найдете дверь?

— Еще не так пьян, найду.

Во время их беседы граф, Бамбош и Лоран проскользнули через входные ворота, прошли через двор, крыльцо и прихожую, в глубине ее парадная лестница вела в комнаты первого этажа.

В передней немного подождали Пьера, ему граф заранее объяснил расположение помещений.

Входная калитка сильно хлопнула.

— Удалось ли ему пройти? — встревожился граф.

Но вскоре в полутьме показался силуэт Пьера.

— Вот и я, хозяин, все в порядке.

— Как ты пробрался?

— Очень просто, побеседовал с швейцаром, выпили малость, он даже не пошел провожать, я хлопнул калиткой, но вместо того, чтобы выходить, остался внутри.

— Отлично! А теперь за мной, и начнем работу.

Очень осторожно поднялись по лестнице, шаги заглушал толстый ковер. Около двери гостиной граф взял из рук Лорана электрический фонарик, чтобы освещать дальнейший путь.

Крадучись, они пробрались в будуар, где находился сейф.

— Вот откуда непременно надо достать содержимое, — сказал граф. — Сумеете открыть или придется взламывать?

Лоран взял фонарик и осмотрел со всех сторон сейф; он был велик, со шкаф, и целиком металлический.

— С помощью циркулярной пилы можно проделать отверстие, такое, чтобы проходила рука, — сказал Лоран.

— Можно, конечно, пила возьмет, сейф не литой, всего только из стального листа. Глупые же эти богачи, не в обиду вам будь сказано, хозяин. Они доверяют всяким мошенникам, а те заменяют литье листом, — сказал Пьер. — Вы за то, чтобы пропилить?

— Нет. Я хочу, чтобы шкаф остался цел.

— Тогда нам с Лораном потребуется четыре часа и мы все-таки можем чуть-чуть нашуметь.

Бамбош с интересом слушал разговор и думал, каким образом его товарищам удастся отворить этот огромный ящик, казавшийся непосвященному совершенно надежным.

— У нас нет столько времени, но все-таки попробуйте открыть, ведь взломать всегда успеется.

— Попытаемся сначала отпереть, — сказал Лоран.

Прощупав разными воровскими инструментами замок, Пьер, к своему великому изумлению, убедился, что он заперт не секретным способом, а просто на два оборота ключа.