— Витка, а давай устроим себе экскурсию по Эрмитажу. Храм искусства как-никак. В храме положено все осматривать — картины, скульптуры…

Я согласилась — экскурсия так экскурсия.

Скульптур в гроте мы не нашли, зато живопись была представлена широко. Причем она мало походила на наскальные рисунки предков или классические полотна. К примеру, две фигурки в стиле «точка, точка, огуречик» с заметными отличиями по половому признаку никак не походили даже на шедевры импрессионизма, а подпись под «картиной» и вовсе сбивала с толку: «Тут начался Васька».

— Может, Васька — это название еще какого-нибудь грота? — робко предположила я.

— Возможно, — кивнула Лизавета и немедленно выступила с инициативой: — А давай уко… уве… уве-ко-вечим себя в камне? Пусть потомки любуются!

— Валяй! — разрешила я.

Лизка начала процесс увековечивания при помощи перочинного ножа, а я тем временем двинулась дальше, освещая себе путь огарком свечи.

…Они лежали прямо на камнях. Рядышком. Голова к голове — рыжая и белая. Головы согласно законам природы крепились к телам, которые принадлежали двум парням лет двадцати пяти. Признаков жизни ни тот, ни другой не подавали, из чего я сделала единственно правильный вывод — передо мной два трупа. Как только я осознала этот факт, заголосила так, что с потолка Эрмитажа посыпался песок вперемешку с мелким щебнем.

На зов, как джинн из лампы, явилась обремененная вдохновением Лизавета. Вдохновение, по всему видать, ее уже успело утомить.

— В пещерах не орут, — недовольным тоном напомнила Лизка. — Чего ты блажишь, как кот, которому защемили яйца? От работы оторвала. Я только начала себя в камне увековечивать! А это что? — подруга в недоумении уставилась на парней.

— Трупы! — клацнула я зубами.

— Не болтай ерунды! — строго одернула меня Лизавета. — Откуда здесь трупы?

— Н-не знаю. Наверное, д-духи пещерные пошалили. Баба Шура предупреждала. Помнишь, она рассказывала о туристах? Ну, которые были втроем? Двое, дескать, в пещерах сгинули, а один в психушку угодил? Вероятно, это они и есть!

— Не сей панику в наши стройные ряды, Виталия! Никакие это не трупы. Что я, трупов не видела, что ли?

— Разве видела? Практика в институте не считается.

— А я ее даже не проходила, если помнишь. Я сериалы регулярно смотрю. Трупы совсем не такие. Они страшные, холодные… А эти даже симпатичные. Особенно рыжий. Я думаю, это туристы-спелеологи пошутили — приволокли сюда манекены. Обрядили их в спецснаряжение, чтоб, значит, пугать кого-нибудь вроде нас. При свечах манекены выглядят совсем как люди.

— Ты сама-то веришь в то, что сейчас сказала? — усомнилась я. — Во-первых, как можно протащить через клизму такие здоровые манекены?

— По частям, — тут же нашлась Лизка.

Я зябко передернула плечами, представив, как безбашенные туристы перетаскивают то руку, то голову, то ноги… Жутковатая картинка, что и говорить!

— Хорошо, — кивнула я, — но скажи, спелеотуристы настолько богатые люди, чтобы тратить уйму денег на полное снаряжение только с целью обрядить манекены и попугать своих же собратьев?

Лизавета глубоко задумалась — мои доводы, кажется, заставили ее усомниться в собственных словах. Минуту спустя она внесла дельное предложение:

— Надо все-таки проверить.

— Как?!

Подружка загадочно подмигнула и тут же растворилась во мраке пещеры. Я на всякий случай сделала два шага в сторону: трупы это или манекены, но находиться от них в непосредственной близости все-таки неприятно.