|
Меч, поднятый над головой мальчишки, просвистел в воздухе и звякнул о камни пола. "Все!" - понял Макс, прислоняя воинственно скалящегося Ромку к стене, - "Теперь уж точно все!" На него кинулись сразу двое, отражая их удары, Макс краем глаза увидел, что здоровенный мужик подходит к Ромке, держа в руках кривой кинжал. Мальчишка беспомощно заметался, Макс нечеловеческим усилием оттолкнул нападавших, осознавая, что не успеет защитить Ромку, и почувствовал острую боль в левом предплечье, которое пронзил чей-то острый клинок. Из раны хлынула кровь, рука моментально онемела. Вдруг монах с кинжалом как-то странно дернулся и замер, с изумлением глядя куда-то в стену. Немного подумав, он рухнул под ноги Ромки, показав широкую спину, из которой торчал арбалетный болт. Рядом с ним свалились еще двое.
- Держитесь! - орала Виктория, мечом прорубая себе дорогу к стене, у которой держали оборону Макс и Ромка.
Плечом к плечу с девушкой шел Гарт, оставляя за собой дорожку из тел в черных одеяниях. У Макса возникла надежда на спасение. Впрочем, долго радоваться не пришлось: в зал хлынула новая толпа монахов. Вскоре происходящее напоминало мясорубку: Гарт, Макс и Виктория, встав спина к спине, загородив собой Ромку, дрались сразу со всеми. Толпа напирала, и долго удерживать такую массу было не под силу даже таким искусным воинам, как Гарт с Викторией. "Сейчас нас просто затопчут!" - решил Макс. Его левая рука беспомощной плетью висела вдоль тела, рана на предплечье по-прежнему сильно кровоточила. К тому же, весь он был покрыт менее серьезными ранами, оставшимися от тех ударов, которые он не совсем удачно отразил. Вдруг в стане врага произошло какое-то метание, раздались испуганные крики и стоны. В первое мгновение Макс подумал, что монахи сошли с ума и принялись бить друг друга. Фигуры в черных рясах сходились в схватке, падали, пронзенные мечами, а под сводами зала реял клич:
- Во имя Господа!
Потом Макс наконец увидел разницу между сражающимися: у тех, кто неожиданно пришел им на помощь, поверх ряс висели распятия. Ощутив прилив сил, Макс с удвоенной энергией заработал мечом. Сквозь гущу схватки к ним пробились и встали рядом трое неожиданных союзников. В драке наметился перелом: соперники отступили и кинулись к выходам из зала. Люди с распятиями на груди рванулись следом, безжалостно добивая их, крича:
- Во имя Господа!
- Странная какая-то Цитадель! - отдуваясь, произнесла Виктория, пронзив мечом шею последнего нападавшего.
- Где Аня? - тут же спросил Макс, брезгливо вытирая меч о рясу валявшегося под ногами монаха.
- В келье у профессора, пытается его разбудить.
Тут в зале собственной персоной появился Сергей Иванович, протирая заспанные глаза, и спросил:
- А что, вообще, происходит?
Следом за ним вошли шатающийся Илья и Аня, которая тут же, перепрыгивая через распростертые на полу тела, кинулась к Максу.
- Все уже в порядке, - обнимая девушку, сообщил тот.
В зале деловито суетились "хорошие монахи", как, чтобы не путаться, назвал их про себя Макс. Они стаскивали в одну кучу поверженных противников, складируя их вокруг обломков алтаря. Один из них, видимо, главный, в суете участия не принимал, а только осуществлял "общее руководство". Он подошел к группе, растерянно стоящей посреди зала, и представился:
- Отец Себастьян, аббат монастыря Святого Франциска.
- Что же у вас в монастыре творится? - недовольно спросила Виктория.
Аббат улыбнулся:
- Это - не монастырь, дочь моя. Вы попали в Мертвую крепость. А наше аббатство находится несколько западнее.
- То есть, это не Цитадель? - уточнил Макс.
- Нет, это - пристанище почитателей Люцифера - гнусного демона, - отец Себастьян галантно поклонился. - Приношу свои извинения за то, что так поздно пришел на помощь. |